Двадцатое июля

И не нужно делать удивлённое лицо, тем более у тебя это не получается. Год назад я тебя свёл с теми людьми, которые, по нашим данным, готовят данную акцию. Карл, мне нужно знать день смерти Гитлера.

– Вальтер, я знаю тебя давно, и очень ценю наши отношения. Но, я…

– Это связано не с моей должностью, а с моей жизнью.

Штольц задумался. Действительно, осенью прошлого года именно Шелленберг познакомил ветерана битвы под Сталинградом Карла Штольца с Вирмером Йозефом. Сорокатрёхлетний юрист с незаурядными дипломатическими способностями свёл новоиспечённого журналиста с участниками будущего заговора.

С того времени Вальтер ни разу не поинтересовался, каковыми стали дальнейшие отношения Карла с Вирмером. Неоднократно у Штольца возникал вопрос: а не специально ли подвёл Шелленберг его под Йозефа? Вальтера он знал со студенческой скамьи, помнил его феноменальные способности плести интриги из ничего, увязывая сплетни с правдой в тугой узел сенсации. Старый друг мог и теперь складывать свою мозаику, используя журналиста в качестве подсобного материала. Но, с другой стороны, Шелленберг занимал в рейхе один из ведущих постов, и наверняка знал, чем занимаются сейчас и Йозеф, и сам Карл Штольц. И не предпринимал никаких мер по их задержанию. Значит, они были нужны Шелленбергу.

– Карл, – старый друг посмотрел на часы, – Прости, но у меня слишком мало времени.

– Пойми меня, Вальтер, я никогда не был предателем. То, о чём ты сейчас меня просишь, есть нечестный поступок по отношению к тем людям, которые мне доверились.

Ты можешь меня арестовать, но я ничем не могу тебе помочь.

– Во-первых, арестовать тебя я не имею права. Это не в моей компетенции. Во-вторых, у меня уже нет никакого желания продолжать с тобой разговор.

Шелленберг поднялся и направился к выходу:

– Можешь не торопиться. Уйдёшь минут через двадцать после меня. Не хочу, чтобы нас видели вместе.

– Вальтер! – Штольц вскочил следом, – Это совсем не значит, что мы прощаемся врагами.

– Конечно, нет. Только я боюсь, следующей встречи не будет.

 – Шелленберг взялся за ручку двери, обернулся, и улыбнулся. – Прощай.

Эта открытая улыбка и решила последние сомнения Штольца.

– Вальтер, вернись. Давай всё ещё раз обсудим.

– Хорошо. – Шелленберг вернулся на место.

– Мне нужны твои гарантии, что та информация, которую я тебе предоставлю, не окажется в руках наших врагов.

– Гарантировать не могу. Обещать – да. Карл, я знаю, что собой представляют ребята из гестапо.