Инфоклонч Братья

А когда он вдруг услышал её тихий шепот: «Дядя, а ты кто»? – то быстро отвернулся, чтобы она не заметила его волнения, так как до этого самого момента всё ещё сомневался в правильности поступка. Потом, смахнув предательские слезы, повернулся и улыбнулся:

– Я – твой друг. Ты поправляйся скорей. И мы поедем к твоему папе.

– И к маме? – вдруг произнёсла девочка. – Я её тоже помню и люблю, – и она тихонько заплакала.

А Джаев тихонько вышел, чтобы не мешать. Иногда человеку просто необходимо остаться наедине со своими воспоминаниями.

Ровно через неделю, когда Ирина уже смогла самостоятельно ходить до источника, он рассказал ей об этом месте и поведал о древней легенде. Поведал он и о том, что выжившие, после неизлечимых болезней, меняли имена, чтобы беда их снова не настигла.

– Я тоже хочу поменять имя, и пусть меня беда никогда не настигнет. С этих пор пусть меня зовут… – и немного подумав, она тихо произнёсла: – Элонной.

Джаев, услышав название, вздрогнул и удивлённо посмотрел на девочку.

А она пояснила:

– Маме очень нравилась эта звезда, пусть и меня теперь так зовут.

И она повязала беленький бантик на ритуальном дереве, в знак принятого решения.

Когда они возвращались к хижине, то заметили маленький вертолет.

– Папка прилетел! – закричала Ирина – Элонна и быстро помчалась вверх по тропинке, как горная козочка.

Джаев не спешил, решив дать родным время побыть наедине. А когда поднялся на плато, то увидел всё ещё крепко обнимавшихся отца и дочь.

Жилов стоял перед дочерью на коленях, обнимал её и плакал от радости, не скрывая слёз. Он повернулся и посмотрел подходящему Джаеву прямо в глаза, встал с колен и затем чётко произнёс:

– Я не забуду, что ты сделал для меня. Я этого никогда не забуду, сколько б не прожил на свете. Ты мне не просто дочь вернул, ты мне вернул смысл всей моей жизни, – и протянул ему обе руку…

Все это сейчас промелькнуло у Джаева за мгновение до того, как он обернулся и взглянул на девушку.

Это была Элонна.

За это время она успела превратиться в красавицу, считавшей его самым близким и настоящим другом.

– Джой, ну что ты опять выдумываешь? Папа сказал, что ты не хочешь? Правда, не хочешь? – и она подбежала к нему так близко, что прямо обожгла взглядом своих прелестных глаз.

«Утонуть бы сейчас в них и всё забыть», – подумалось вдруг, но он поспешно сделал шаг назад и хрипло произнёс:

– Обижаете, сударыня. Я здесь, я весь, я всё такой же ваш.