Инфоклонч Братья

– А… живые на борту есть?

– Определить пока невозможно. Далеко.

– А как быть с пассажирами?

– Если будем их эвакуировать, пусть даже в экстренном порядке по коду «Z», то вероятность потерять объект приблизится к восьмидесяти восьми процентам.

Стив зажмурился, представляя, что потом напишут в рекомендации его удивленные пассажиры. Нет, даже не удивленные, а ошарашенные – вот точное словечко! Они будут именно ошарашены эвакуацией, от которой и у закалённых в космических походах бойцах потом долго трясутся и руки, и ноги – и не столько от перенесённых нагрузок.

– Нет, нет! – почти выкрикнул Стив.– Не надо никакой эвакуации пассажиров. Ни экстренной. Ни простой. Пусть погуляют пока без нас. Какое расчётное время спасательной операции? – И стал пристегиваться к креслу.

– Сорок пять минут плюс минус три, пристегнулся уже? Стартуем!

«Эй!» – Услышал Антон и остановился. «Наверное, послышалось», – подумал он и тут же инстинктивно схватился за наушники на шлеме скафандра.

«А-а-а!!!» – это так вдруг сильно заверещала Виолетта, что его перепонки чуть не лопнули от этого душераздирающего женского визга.

И хотя программка всё- таки успела снизила громкость звука, этот дикий вопль словно эхо всё ещё долго звучал в затихшем эфире. И в его ушах. И, наверное, в космосе.

Антон тоже видел стартующую яхту, но в отличие от испуганной пассажирки, он прекрасно знал, что автономность скафандров позволит ещё спокойно двое суток находиться на астероиде. Без вреда здоровью.

А раз Стив стартовал, значит, тому была веская причина. Он с ним побывал не в одной переделке, и знал, что на напарника можно положиться во всём. Не только в полёте, а вообще – во всём. Тем более, что по инструкции они, как и предписано, выгрузили модуль с НЗ. И его запасов хватит, даже если сидеть здесь месяц.

Антону вспомнились первые предстартовые слова Виолетты. «Мы уже прошли ОБеЖеКаПе, когда взлетаем, командор?» Это она при встрече с ним как скороговоркой выдала аббревиатуру курса «Общей безопасности жизни в космическом полете», что они прослушали перед полётом.

И всё равно – всегда одно и то же, и нарушения и непослушания. Кто платит деньги- не хочет никаких рамок.

«И успокаивать пассажиров опять мне», – вздохнул Антон и опустился рядом с пассажиром в синем скафандре. Тот увлеченно пытался достать что-то из обломков породы, никого и ничто не замечая вокруг.

«Михаил Юрьевич»! – сначала позвал он его.

Тот никак не реагировал.