Охота на Смерть. Кризис веры

Но это его больше всего и выбешивало, поскольку их Глава, научившись перевирать практическую пользу от подобных документов, стал лично отслеживать их поступление и хранить как зеницу ока. Не столько, чтобы предъявлять оные в качестве редких свидетельств профпригодности подчиненных, сколько лишний раз подчеркнуть в этом личные заслуги, а то и вовсе прикрыть ими пятую точку.

Хотя нельзя сказать, что Сиру Орхусу, как руководителю, было совсем наплевать на тех, кто был ниже его по рангу, лишь бы самому выслужиться. Непутевых сотрудников он защищал не хуже чем себя: с завидным постоянством находя в их действиях то благие намерения, то отсутствие злого умысла, то рациональное зерно, по максимуму сводя допущенные ими ошибки к их относительной неопытности.

Но такой – что это дело поправимое, и все предпосылки для скорейшей нормализации работы Службы имеются. Что довольно долго позволяло ему выпрашивать для подчиненных вторые, третьи и последующие шансы на реабилитацию. А вместе с тем и для себя, поскольку он плыл с ними в одной лодке.

Однако иногда, для того чтобы оставаться на плаву, от Сира Орхуса требовалось чуть больше, нежели умение красиво опорожнять мочевой пузырь в доверчивые уши собеседника. К примеру, дать клятвенное обещание, что такое больше не повторится… а оно все повторялось и повторялось; или самолично для этого во всем разобраться и по совести наказать особо виновных… а оно все повторялось и повторялось; или провести массовую аттестацию, переаттестацию, любое иное мыслимое или немыслимое мероприятие, нацеленное на избежание повторения ошибок в действиях мрачных жнецов при исполнении ими служебных обязанностей… а оно все повторялось и повторялось.

Естественно, вечно так продолжаться не могло. И когда Глава мрачных жнецов крайне остро почувствовал, что лимит доверия к нему у членов Ежегодного Собрания Высших Сил вот-вот пробьет напольное покрытие и устремится в подвальные помещения, и вопрос встанет не только в сохранении им кресла, но и головы, он быстренько поменял механизм принятия управленческих решений.

Отныне делал (или не делал) он только то, что, в первую очередь, помогало подольше сохранить его собственную шкуру в целости и сохранности, остальное и остальные побоку. Для подчиненных он разжевал это в нормативно-правовой форме в виде указов и распоряжений. Суть которых сводилась к следующему: за малейший проступок отстранение от занимаемой должности. Что в переводе означало: больше не будет порицаний или выговоров – сразу Небытие.