Брат-юннат

Он продолжал обдумывать мой вопрос и вскоре пришёл к окончательному выводу.

– Но самый вредный, конечно, Вахлак!

– Кто? – Я пытался отдышаться.

– Да мускусная утка! Которая у тебя за спиной!

5 клетка

Мы стояли у большого бассейна. Цементные берега извивались так причудливо, что его можно было принять за естественный водоем.

Поперёк бассейна, словно мост, лежало бревно. На нём сидели чёрные бакланы и озабоченно вертели головами, похожими на чайники. Под раскрытыми клювами трепетали жёлтые кожаные мешки.

На дальнем берегу собралась толпа серых и белых пеликанов. Среди них переваливался на чёрных кривых лапах огромный лебедь-кликун. Тот самый, который крылом убивает лису.

Стая пеликанов беспокойно топталась на месте и не знала, куда идти: влево или вправо.

Сергей согнул руки в локтях и выставил вперёд сачок, примеряясь к носатой толпе. Я волновался не меньше пеликанов, хотя, куда идти, не сомневался: к выходу. Самый маленький пеликан был мне по пояс, а его клюв – длиннее моей руки.

– Так, – прошептал Сергей, – кормим потом. Сперва их почикаем.

– Как почикаем?

– Ножницами. Ловим розовых, а потом кудрявых. Вон тех серых.

«Те серые» были особенно крупны. Залихватские кудри придавали им вид удалых деревенских парней. И мне предстояло лично убедиться в их разудалости.

– Обходи вдоль забора. Только осторожно – они нервные.

«А вдруг я тоже нервный?» – подумал я.

Но меня никто беречь не собирался.

Расставшись с ведром рыбы и таким образом оказавшись безоружным, я стал медленно обходить бассейн-пруд.

Бакланы один за другим плюхались с бревна в воду, словно небольшие торпеды. Через несколько секунд они возникали на дальнем берегу и прятались за спины более крупных соседей.

Я перебрался через обширный пень и оказался на одном берегу с пеликанами. Ближайшие птицы, работая крыльями как локтями, попытались спрятаться в глубь толпы. Стая подалась в сторону Сергея. Он не двигался, стараясь прикинуться неживым предметом, вроде столба.

Но когда птицы к нему приблизились, Сергей бросился вперёд и накрыл сачком ближайшего пеликана. Тот забился под сеткой, как огромная розовая бабочка.

Волна пеликанов в ужасе отхлынула. Но позади стоял я. Врезавшись в меня, волна разбилась на мелкие ручейки. Они обежали озеро и на противоположном берегу вновь собрались в толпу. Птицы в негодовании трясли розовыми и жёлтыми кожаными мешками. Лебедь-кликун молотил крыльями, видимо желая убить какую-нибудь лису.