Сын Вселенского Дракона

По– военному украшенные железными пластинами, наплечники и налокотники имели украшения из шипов. Длинные волосы скрывали лицо.

– Эй! Кощееей. . . Кощееей. . . КОЩЕЙ!

Человек дёрнулся и в мгновение ока оказался на экране блюдца. Глаза его были черными, белков не было. Длинный нос двигался как будто что– то стараясь унюхать.

– А, Горыныч. . . Здравствуй. Чего хочешь?

Говорил он хриплым голосом, без каких– либо эмоций. Протёр лицо руками, зачёсывая густую копну черных волос назад. Горыныч весело затараторил.

– Ну что такое каждый раз? Как не свяжемся, ты спишь!

– Нет не сплю. . . не сплю я! Думаю. . .

– И что же ты там постоянно думаешь? Мой бессмертный друг. О жизни размышляешь? Ты бы лучше подумал о безопасности моей. Ну и своей тоже. Яга сказала, что пришелец принесёт нам много неприятных моментов. А Яга, тётка умная. Зря говорить не станет. Ты все собрал там, где упал этот летун?

– Да собрал я все, что ты меня как ребёнка проверяешь? Я живу то чай по более тебя на свете. Все помню и все делаю как нужно.

– То– то и оно! Что живёшь долго, память износилась поди! Аха! Ты посмотри вон, что в деревнях творится! Пожилым людям не то что бы поесть напоминают, так и в туалет водят, что бы не забыли куда шли! Аха!

Кощея явно раздражала болтовня этого самоуверенного юнца. Но, как говорится, свой своему по неволе брат. Он давно смерился с таким союзником, порой даже проявлялось чувство некого уважения, к этому начитанному и не глупому Змею.

– Пошутил что ли? А? Скоморох что ли? Ты может на ярмарку поедешь? народ там посмешишь.

За одно к Вышате заглянешь… Его потешишь своими планами. . . гы– гы– гы

Обменявшись такими любезностями, они принялись к обсуждению дальнейших планов. Горынычу нужно было все, что нашли люди Кощея на месте крушения, Кощей хотел пополнить свой замок новыми пленниками и конечно пленницами. Он любил прохаживаться командирским шагов вдоль рядов закованных людей, которых не только брал в плен, но и скупал или выменивал у разных племён, промышляющих подобными делами.

Потом он гнал всех на свои копи, где от немыслимых нагрузок приходилось постоянно пополнять новыми и новыми кадрами. Красивых наложниц он лично отбирая оставлял себе на потеху.

Отложив блюдце, Горыныч вернулся к изучению трудов древности. Жёлтые глаза отказывались читать. Голова не хотела переваривать информацию. Требовался отдых этому хладнокровному представителю змеиной власти. Замок Горыныча можно было назвать музеем прогресса.