Коан Янг 2

На пороге стояла упитанная женщина лет шестидесяти, с добрым и слегка уставшим взглядом. Увидев меня, она опешила, а поднос с ароматным чаем выскользнул у нее из рук.

– Коан, – едва вымолвила она. – Ты вернулась… А это… твоя подруга?

– Като Мизуки, – улыбнулась я.

Словно почувствовав резкую необходимость оповестить о моем появлении, женщина побежала внутрь дома.

– Познакомились, – проворчала подруга.

– Это Изэнэми-сан, – сказала я ей. – Сиделка дедушки. Очень славная. Она – единственная сиделка, которая пришлась ему по душе.

Остальные либо сбежали из-за его… кхм, трудноватого характера, либо он сам их уволил.

В просторной прихожей ничего не изменилось. Та же деревянная вешалка, покрытая блестящим лаком, вытянутое зеркало, растущее с пола мне по макушку, татаки, полосой вылитый из бетона. Изэнэми-сан, затягивая белый фартук потуже, спешно открыла дверь-перегородку в гостиную и мимикой лица дала какой-то знак. Из гостиной раздалось мужское мычание.

Восклицание, резкое, молящее, но из него не разобрать ни слова. У Мизуки перекосило лицо.

– Кто это? – шепнула она.

Я бросила на нее разбитый взгляд. Вместе мы зашли в гостиную, пока Изэнэми-сан трепетно стояла у фусумы, и из-под моих ног словно провалилась земля. В своем инвалидном кресле сидел дедушка, голова его дрожала, пальцами он гневно впился в ручки, а морщинистое лицо залило краской. Он смотрел на меня так, как никогда прежде. Непростительно и разочарованно.

Это читалось в яростном взгляде. Дедушка, чьи неходячие ноги были заботливо прикрыты зеленым клетчатым пледом, продолжал что-то пытливо мычать, округлив глаза как два огромных блюдца, а я растерянно стояла, лишившись дара речи. Почему, почему он так зол? Не рад моему приезду? Я приехала слишком рано? Или слишком поздно? Может, следовало заранее предупредить его? Я заметила, как сильно он осунулся. Щеки впали, появилось больше морщин, и… что-то не так с его лицом. Сердце разрывалось от боли. Я не решилась подходить к дедушке. Подавленная, я опустила голову, а Изэнэми-сан вывела нас с Мизуки обратно и закрыла фусуму.

– Наохико-сан не в духе все утро, – волнительно пояснила она.

– Дедушка совсем не разговаривает, – заметила я. – Только мычит.

Изэнэми-сан расстроенно вздохнула.

– У него случился инсульт, Коан. Левую часть лица слегка перекосило, но это заметно, если он выражает какие-то эмоции.