Коан Янг

Я не собиралась говорить об уезде семье, но… В ее составе есть человек, который всех успокоит. Об этом я не переживаю. А вот об Акико думаю…

– Акико – имя твоей двоюродной сестры?

– Да. Она, наверное, сильно обиделась на меня. Мы были так близки, она любой мелочью делилась, как и я… А тут раз – и исчезла. На ней это как-то даже отразиться может. Психологически, я имею в виду.

Мизуки медленно кивала. Вздохнула и сказала:

– Да, она от любого человека может ожидать предательства. А может и нет… Ты ей совсем-совсем ничего не сказала за день до ухода? Хоть что-нибудь?

– Я оставила ей письмо, – ответила я.

 – Положила ей под подушку, пока она спала. В нем я извинилась за свой уход и добавила, что однажды мы увидимся.

– Однажды?

– Да. Я не могла ей лгать. Увидимся мы далеко не скоро.

– Ну, сестра, ты, конечно, честная… – пробормотала Мизуки. – Честность не всегда хороший выход. Ты же понимаешь это?

О, да, подумала я. Понимаю как никто другой.

– Врать я не люблю.

– Я тоже, – призналась Мизуки.

 – Но мы все, так или иначе, врем.

– По пустякам, – заметила я, имея в виду непосредственно себя. – Врать по пустякам – это не та ложь, на которую необходимо обращать внимание. Это мелкие детали. Незначительные. Вернулась я домой в шесть или семь – это так важно? Нет. Вот мы и не вдаемся в подробности. Я не исключение. А такого рода ложь, как пообещать дорогому человеку вернуться скоро, а на самом деле, возможно, не вернуться никогда – это не просто вранье, а чистой воды предательство.

Я не хочу предавать Акико. Хотя, очевидно, уже предала. Самим своим уездом.

Мизуки поджала губы. Моя откровенность, похоже, тронула ее.

– Все будет хорошо, Коан-сан. Я хорошо предсказываю. Точно тебе говорю: все закончится хорошо. Мы все – вершители своих историй, – как факт произнесла она. – И ты, уверена, найдешь возможность и повидаешься с Акико-чан. Раз уж не скоро, то, как ты и написала, однажды.

– Однажды, – досадно кивнула я.

Мизуки помолчала пару минут, пока я ушла в себя, и поинтересовалась:

– Слушай, Коан-сан, вот ты сказала, в вашей семье есть человек, который успокоит остальных.

Что ты имела в виду? Этот член семьи, выходит, знал о твоих планах?

Я опустила тысячу подробностей, которые бы напугали Мизуки, и кратко ответила:

– Да.

– Хорошо, – так же кратко кивнула девушка и поправила свои темные вьющиеся волосы. – Как я поняла, для тебя это слишком личное. Не хочешь говорить – не надо.