Коан Янг

Поэтому поиски краба-отшельника сменились поисками ближайшего кафе.

По иронии судьбы я находилась как раз на той улице, где вчера медитировала на пороге рёкана «Тазава». Да, а вот и рёкан. По-прежнему закрыта, в окнах беспросветная темнота. Я глянула через дорогу – та же широкая парковка, где я ждала Тору, кинотеатр, торговый центр и офисное высокое здание. Все сооружения рядками вплотную шли друг за другом.

– В торговом центре уж наверняка будет кафе, – решительно подумала я и перешла дорогу.

Направляясь к зданию, мимолетно бросила взгляд на парковку – белоснежная машина Тору ожидала своего хозяина. Я рефлекторно сверила время на ручных часах – уже одиннадцать с лишним, а он еще не дома. Сегодня, значит, остается допоздна. Может, и домой как раз вместе поедем.

Не успела я дойти до парадных стеклянных дверей торгового центра, как из офисного здания показался высокий парень в белой рубашке и тонким черным чемоданом. Походка размашистая, на указательном пальце руки крутится кольцо с ключами.

– Тору-сан! – воскликнула я.

Парень закрутил головой и врос в землю в попытке понять, кто назвал его имя. Вокруг нас расхаживало человек тридцать, – кто в кино, кто с работы – и это дезориентировало его.

– Коан-сан! – наконец увидел меня парень и замахал рукой.

Мы подошли друг к другу. Он улыбнулся и опустил брови, словно случилось что-то абсурдное.

– У меня дежавю, – заявил он. – Вы гуляли?

– Да… Изучала город. Устала.

– Ох, место отвратное, – махнул Тору рукой в сторону торгового центра. – И кормят невкусно.

– Вот как… Тогда здорово, что встретились. Я собиралась там поужинать.

– О, нет! Ни в коем случае! – точно перепугавшись, закачал он головой. – Ребята в моем офисе почти все получили отравление, несварение или другие не самые приятные последствия! Даже Эми отравилась в феврале! Там работает всего одна кафетерия.

– И она так нагло травит людей? – возмутилась я.

– Я имел в виду, там осталась одна кафетерия. Другие, где преимущественно травились, прикрыли. Но я бы и этой, знаешь ли, доверять не стал…

Я поверила Тору на слово. Он источал спокойную мужскую уверенность, которой набирался будто бы сто лет. Мне кажется, в тяжелые периоды жизни он умел успокаивать и служить верной опорой. Такое с первого взгляда ему не припишешь – выглядел он молодым юношей.