Бессмертные отцы-основатели. Часть 2

Посетители-мужчины были одеты в дорогие костюмы черных оттенков, шляпы цилиндр, непременные атрибуты – трость и монокль, перчатки и прочие мелочи, о которых юноша даже не слышал. Это были люди иного сорта, с которыми ему и близко не доводилось общаться. Их одежда одним своим видом давала понять их принадлежность к высоким кругам общества города Пиллар. «Чем могу быть полезен, молодой человек?» – спросил один из сотрудников заведения, обращаясь к юноше. Он внимательно осматривал его с головы до пят, видимо, оценивая платежеспособность, и может ли он, вообще, быть клиентом их заведения.

«Я хотел бы переговорить с управляющим или владельцем этого заведения, если это возможно. У меня с собой артефакты, способные заинтересовать ваших клиентов», —тактично, насколько мог, произнес Алекс. «Вас не затруднит сообщить, о каких предметах идет речь? Чтобы я мог доложить о вас своему господину», – уточнил сотрудник. «Глаз дракона», – совершенно спокойно и непринужденно ответил юноша.

В торговом зале повисла пауза.

На словах об артефакте сотрудники и посетители отвлеклись от обсуждений своих покупок и уставились на юношу. Им было интересно посмотреть на редкий товар, название которого еще витало в воздухе. Походило на то, что публика была сведущая и знала, о чем идет речь. И привычка этих людей ценить свое время превыше времени прочих не дала бы им отвлечься на Алекса, будь трофей, им озвученный, банальной дешевой пустышкой. «Молодой человек, простите, я не ослышался? Вы упомянули глаз дракона?» – спросил хорошо одетый мужчина, общавшийся до этого с другим сотрудником лавки. Мужчина подошел к Алексу ближе и уже откладывал на соседний столик трость и цилиндр так, чтобы его руки были свободны. Слегка подавшись к юноше, он спросил: «Вы позволите взглянуть? Если ваши слова подтвердятся, я готов сейчас же выложить двести…» – на этих словах мужчина полез в свой кошель и, оценив содержимое, добавил: «Нет, двести сорок золотых!»

Сотрудник, обратившийся к Алексу, был достаточно опытен и старше прочих, которые обслуживали посетителей в торговом зале.

Поэтому этот мужчина, которого резонно можно было назвать старшим продавцом, понимая, что нужно было что-то срочно предпринять, не то заведение может потерять как в репутации, так и в прибыли, тут же раскланялся перед посетителями магазина, принося свои самые глубокие извинения, что его разговор с юношей самым беспардонным образом их отвлек. Затем продавец спешно увел юношу прочь из торгового зала.