Через тернии к звёздам

Так как Руни была ребёнком и очень быстро росла, платья быстро становились маленькими, и в таком случае платья выставлялись на продажу. Глэдис никогда не просила за них первоначальную стоимость или даже близкую, она никогда не пыталась заработать на продажах поношенных платьев, пусть некоторые из них продавались совершенно новыми. Она приносила их на рынок и продавала барахольщику, который выкупал их за очень скромную стоимость, а позже в Лондоне можно было увидеть девочек из необеспеченных семей в шикарных платьях Руни.

Юную Россер это никак не оскорбляло. Она была рада, что её платье кто-то носит.

– Мама, смотри, там девочка в моем платье, – заговорила Руни, когда однажды вдвоём они прогуливались по улицам Лондона.

Миссис Россер хотела купить себе перчатки, но помимо этого купила дочери новые шёлковые ленточки и туфельки.

Глэдис перевела взгляд на девочку, которая кружила возле булочной, заглядывая в широкие окна. По её лицу было видно, что оно тронуто голодом и отчаянием.

Слишком взрослый взгляд был направлен на хлеб, который только достали из печи и выставили на продажу. Платье Руни было ей немного великовато, из-за этого ткань складками лежала по спине, а бант был завязан слишком крепко, чтобы у платья был приталенный силуэт. На голове была шляпка, явно купленная на том же рынке. Она была косой, с рванным пером, и принадлежала когда-то взрослой женщине.

– Замечательно, что оно смогло найти себе новую хозяйку, – ответила Глэдис, и Руни ответила:

– Жаль, что у неё нет моей шляпки, так смотрелось бы лучше.

В этот момент девочка приподнялась на носочки, пытаясь глубоко вдохнуть запах свежего хлеба и так насытиться, и Руни заметила, что она стоит босиком. Из-за длинного подола платья было не видно её пальцев, но из-за этого движения, Руни смогла увидеть даже изрезанные пятки.

– Мама, у неё нет обуви!

– Ты права, у неё нет даже деревянных башмаков, – согласилась Глэдис, приглядываясь к босым ступням.

– Мамочка, – Руни подняла на женщину взгляд, – у меня много туфель, даже очень.

И эти мне не сильно понравились! – девочка намекнула на те, что они купили недавно. – Давай отдадим ей туфли!

Глэдис приподняла брови, удивляясь сердобольности дочери:

– Почему вдруг ты решила ей помочь?

– Ну ты же продаёшь платья беднякам, – заговорила Руни, – что в этом такого? Им можно отдавать и мои туфли, и шляпки.

– Но эти туфли ты даже ни разу не надела, – ответила Глэдис.