Через тернии к звёздам

– В Лондоне огромное количество бедняков, у тебя не получится накормить каждого, – ответила ей мать.

Руни тяжело вздохнула и опустила голову:

– Я буду стараться.

Глэдис лишь улыбнулась наивности своей дочери, и вместе они направились домой. Всю дорогу Руни думала лишь о Софи, о голоде, который она могла испытывать, вдыхая запах хлеба. Она настолько прониклась этим, что сама почувствовала ужасное чувство голода, такое, что бросило в жар и начало подташнивать. Её посетила мысль, что вероятно Софи всю жизнь живёт с этими чувствами.

В доме её встречали миссис Джонс и отец. Мистер Уанхард вышел в переднюю с книгой и, увидев любимых женщин, расцвел широкой улыбкой.

– Как прогулка? – спросил он. – Более чем уверен, что помимо перчаток, вы купили и ещё что-то.

– Да, отец, – ответила Руни, – туфельки и ленты.

– Ох, Энтин, – выдохнула Глэдис, отдавая пальто миссис Джонс, – сейчас Руни тебе всё расскажет.

– Что-то случилось? – мистер Уанхард насторожился.

– Нет, папочка! – Руни поспешила его успокоить. – Мамочка купила мне новые ленточки и туфельки. Они шикарные! Шёлковые.

– А туфельки? – спросил Энтин.

– Я бы хотела, чтобы ты их увидел, они очень красивые, – говорила Руни.

– И очень дорогие, с металлическим каблучком и жемчугом, – добавила Глэдис.

– Но что же с ними не так? – спросил Энтин.

– Я отдала их девочке, – ответила Руни.

– Отдала? – мистер Уанхард не сразу поверил ушам и поднял взгляд на жену, но та в ответ подтвердила слова дочери коротким кивком.

– Да, она из бедной семьи, а, возможно, вообще сирота. Она была в моем старом платье и босиком, и я решила, что ей нужнее новые туфли. Мне повезло жить богато, а этой девочке нет, поэтому я решила ей помочь. Я отдала ей свои новые туфли.

– Какое у Вас доброе сердце, мисс Руни, – заговорила миссис Джонс, – Господь Бог всё видит, и он увидел и Ваши щедрость и сострадание. Он обязательно отплатит Вам тем же!

– И ты не жалеешь этих туфель? – спросил мистер Уанхард достаточно серьезно.

– Нет, – ответила Руни, – я знаю, что они дорого стоят, но мне сейчас не нужны новые туфли, их вообще не видно под платьем, а она ходит босая.

После слов девочки, миссис Джонс поспешила вытереть накатившие слезы, и прошептала: «Да хранит Господь эту добрую душу!».

– Ты сделала правильно, Руни, – проговорил мистер Уанхард. – я горжусь твоим поступком.