Утерянная блажь. Книга 10

Он больно схватился руками за мой таз, подтянул к краю стола, к себе поближе…

Седьмая книга

Продолжает повествование о самой большой боли в моей жизни, о самом тяжёлом испытании в моей жизни. В ней описано, как после того, как порвала с Алексеем, я попала в рабство маньяка, как мне жилось с этим невменяемым.

Павел бросил меня на съедение «своим волкам». Он не рассчитывал, что я выживу, об этом цинизме я узнала чуть позднее. В этой части и состоялся первый секс, и возникли первые мысли о том, как мне жить дальше…

Каково это, когда предают близкие тебе люди? Как отомстить, а стоит ли? Может, лучше всё забыть?

22.

07.2004, четверг

Мы поели на кухне и отправились в тихую комнату, там Алексей включил порнушку – вот гад.

Гостиная Алексея

Я села на Алексея сверху и обняла за шею. Было весьма удобно… Я ему полностью доверяла и не видела ничего такого… Ничего похабного, мне казалось, я всё делаю правильно.

Мы целовались и обнимались… Лёха ласкал меня и моё тело, мою душу, если можно так выразиться.

Моя душа не страдала рядом с ним, она перестала болеть. Он, медленно собрав пальцами, задрал мой сарафан и гладил мои бёдра и попу… Мне это очень нравилось… Я, каюсь, представляла себе подобное тысячу раз…

Мне больше не было страшно, я больше не боялась боли. Мне впервые было спокойно, я жила.

Алексей, жадно теребя мою попку, впился своими губами в мои, и я растаяла. Как много я ещё о нём не знала и что он мне уготовил… Я не знала, что меня можно было предать дважды и дважды надругаться на моей душой, над останками усопшего детства…

Лёша переместил свои руки по моей пояснице в стороны вверх, медленно перебирая пальцами… Загребая тонкую ткань сарафана в кучу…, он побудил меня поднять руки, и я, смеясь, поддалась.

Мой драгоценный друг, сняв с меня платье, прильнул к моей груди и жадно стал целовать ложбинку, а я хихикала… от его порыва. Он перевернул меня под себя и, устроив поудобнее, подложив подушку мне под голову, стал медленно расстёгивать пуговицы на своей шёлковой рубашке.

Стянув с себя рубашку, Лёша положил мою правую руку себе на грудь, и я наконец-таки потрогала его без зазрения совести. Его тело – я пропала… «Какое тело!» – пронеслось у меня в голове. Господи, пожалуйста, помоги мне не умереть от разрыва сердца».

Лёша целовал меня и целовал, и ласкал…, как же мне было хорошо.