Утерянная блажь. Книга 4

Поздоровался со мной Виктор Марвин, поспешно обогнав меня на выходе с отделения.

Брат Славы

Марвин Виктор Александрович

13.07.1968

– Добрый день, Виктор Александрович, да?

– — Сомневалась я в отчестве.

– Да, Лера, правильно. У тебя что-то случилось?

– — Спросил он, кашлянув, и предложил жестом присесть.

– А Славы нет? Я хотела с ним поговорить.

– — Подняла я на него глаза.

– Можешь со мной поговорить, пойдём ко мне в кабинет. Что случилось?

– — Спросил он мягко, а я всё ещё не знала, можно ли ему рассказать.

– Мне кажется, за мной следят, а в прошлые выходные пытались убить.

– — Вздохнула я, закрывая дверь покрепче.

– Если хочешь, чтобы мы начали поиски и проверку, то обязательно попроси родителей зайти ко мне, чтобы они написали заявление. Или если они заняты, то принеси, пожалуйста, заполненное от них заявление, я приму.

– — Протянул он мне бланк.

– Простите, я, наверное, зря пришла, я не хочу, чтобы они знали, я совсем запуталась.

– — Складывая пополам, показывая Виктору Александровичу бланк прежде чем согнуть. Он кивнул, и я запихнула бумагу в сумочку.

– Хочешь я с ними поговорю?

– — Спросил он, дав стакан воды.

– Нет, не надо, не хочу, чтобы они знали, извините, я и так много сказала.

– — Встала я и взялась за ручку двери, чтобы выйти, но он задержал меня.

– У Ярослава день рождения во вторник, приходи к нам домой, мы что-нибудь придумаем. Лера, ты слышишь?

– — Протянул он мне листик с адресом, но я уже знала его…

– Спасибо, до свидания…

– — Попрощалась я наспех и убежала, не дождавшись ответа.

Во вторник, четвёртого ноября две тысячи третьего года, я сходила в магазин и, купив подарок, пошла в гости. Хотя сама не знаю почему. Может, развеяться хотелось.

Я даже не подумала, что Слава с Виктором могут мне что-то сделать, я устала видеть во всех извращенцев. Мне очень хотелось верить в то, что и среди милиционеров ещё есть хорошие люди. Люди…

Мне просто отчаянно хотелось найти помощь, но отдых тоже помог, как ни странно.

Я провела время с практически не знакомыми людьми, но чужие люди мне сейчас были нужнее родных. Мне было проще общаться с чужими, чем поделиться своими проблемами с родными, включая и родителей.

Дверь мне открыла необъятных размеров мадам, честно, сразу не поняла, какого она возраста, но скорее молодого. Она была, судя по всему, беременна и не недавно, а вот-вот, кажется, должна была родить.