Утерянная блажь. Книга 7+8

Павел тем временем лёг пока ещё в одежде на кровать, на всё той же кухне стояла кровать… Я ещё вскользь тогда подумала, почему Стас не затащил меня на неё совсем недавно.

Паша качал коленом и насвистывал свой любимый мотивчик, а я сняла всё, кроме трусиков, и прикрывала грудь рукой. Мне было неловко, противно оголяться.

– Ты уснула?

– — Спросил Паша неожиданно.

– Нет, просто не знаю, что делать.

– — Честно призналась я.

– Порнушку никогда не смотрела?

– — Удивился он.

– Краем глаза и то случайно.

– — Соврала я.

На самом деле представления я имела, сколько фильмов пересмотрела, но сейчас как будто всё забыла. Мне было не до них. Сердце угрожало взорваться, как воздушный шарик от укола иглой.

Мне хотелось провалиться сквозь землю и чтобы никто меня больше не трогал. Чтобы никогда не знать, что так бывает. В тот момент я подумала: «Мне следовало покончить с собой раньше…»

– Иди ко мне!

– — Скомандовал Паша и похлопал по кровати рядом с собой.

– Каким макаром?

– — Задала я очень глупый вопрос.

– Твою мать, Лерка, я тебя придушу.

– — Нервно посмеялся Паша.

– Не надо душить.

– — Попросила я, заглатывая слова.

Я очень осторожно и очень нерешительно подошла к кровати, соображая на ходу, что мне делать…

Подойдя вплотную к Паше, я решала, как к нему залезть, но в голове всё жестоко перемешалось. Это всё было жутко непонятно – раньше ведь со мной такого никогда не происходило…

Неожиданно мои нелёгкие мысли-думы прервало то, что Паша встал с кровати.

Он хлопнул со стола ещё стакан водки и медленно снял олимпийку и футболку через голову, после чего скинул тапки и начал расстёгивать свои брюки…

Только Павел взялся за ремень, как я поняла, в каком я сейчас, наверное, забавном виде. Смотрю как заворожённая на то, как мужик раздевается. По-моему это уже клиника. Внизу живота появился холодок…

– Чего, нравится, как я раздеваюсь?

– — Странно посмотрел на меня Павел.

– Очень…

– — Ляпнула я, и мне стало так стыдно, что аж щёки запылали.

Эти смеялись…, даже Егор, они все смеялись, попивая водочку. Думаю, ночь будет длинной и «весёлой». Я не знаю, мне стало так страшно и стыдно, жуткая смесь, голова закружилась.

Я отвернулась от Павла, а он в это время стянул свои брюки, и то ли вместе с трусами, то ли вовсе их не носил, но на кровать он пошёл голышом. Мне как-то раньше в голову эта деталь не приходила.