Утерянная блажь. Плен

Мне было страшно покидать Павла сейчас. Я боялась того, что он убьёт меня за свою излишнюю откровенность. Я боялась, что он может убить моих родных, мне было очень страшно, но в то же время я отчаянно хотела домой.

Я запуталась, и некому было мне объяснить, что делать, некому было поддержать, а я слишком жестоко заплатила за свою ошибку. Мне надо было принять другое решение, но сделано то, что сделано. Мне, к сожалению, некого винить в собственном выборе.

Звонок в дверь и последующие довольно громкие удары в дверь, пугали меня сейчас, а особенно слова:

– Откройте…, милиция! || На дворе четыре утра или всё ещё ночи?!

– Чёрт, я же вызвала ментов… || Проговорила я очень тихо, но Павел услышал.

– Так это были мусора, я на условке, дура! Мотай в кладовку… || Сказал он как-то озадаченно, поправляя одежду…

Потом пихнул меня в сторону лестницы на второй этаж, а я упала…, поскользнулась на остатках его выпивки. Он чертыхнулся и, подняв меня, прошипел на ухо: «Живо, твою мать».

Я побежала по лестнице вверх, хотя почему – не понимала… Он плохой, я ведь сама звонила и звала на помощь, но спряталась… Почему?

Я сидела в кладовке, всё слышала, но не вышла, не уехала домой, хотя уже через несколько часов могла бы быть дома… Что со мной?

Что со мной не так? Отчаянно пыталась я понять, грызя какую-то печенюшку и мысленно проклиная себя.

– Урзин Павел Алексеевич? || Спросил мужской голос…

– Ну да… В чём дело, командир? || Нагло проговорил Паша.

– Кислицын Сергей Андреевич, майор милиции, это Марвин Виктор Александрович. К нам поступил звоночек, что вы насильно удерживаете девушку. || Сказал Витя.

– Да ты чего такое говоришь?! Правда? А где она? || Заржал Павел.

– Павел Алексеевич, я бы на Вашем месте так себя не вёл. Вы всё-таки под УДО ходите, за похищение сядете по полной. || Заключил Марвин-старший.

– Слухай сюды, ты пуганого тут не пугай, ордер есть? Нет? – Вали отсюда, частная собственность! || Сказал Паша и захлопнул дверь.

– Ты не боишься проблем? || Спустилась я на цыпочках и прошипела, практически стоя вплотную к нему.

– С чего бы это мне бояться? || Улыбнулся Паша как-то неприятно, подозрительно.

– Не знаю. || Пожала я плечами.

– А ты – дура… И кстати, я уже знаю, как ты за это ответишь… И очень жестоко ответишь.