Идолы для дебилов

Она шла ко мне и расцветала.

– Привет, малыш! – обрадовалась она и нежно поцеловала в небритую щеку. – Какой денёк! Может, прогуляемся в парке и выпьем по бутылочке холодного пива?

Я мило улыбнулся и подмигнул. Через дорогу от нас стоял бронзовый памятник известному мужику в кепке. Одной рукой он откинул полу пиджака, а другую держал в странном неприличном жесте. Какой-то умник вставил ему туда пивную банку. А в руке, которую мужик держал за спиной, я так полагал, была припрятана зажженная сигарета.

История фиолетовой любви

Её сердца нужно было добиваться семь лет. Я протянул четыре года и выдохся, почувствовав смертельную усталость и несправедливость. Плача, прокричал в вечность молитву любви, и мне в качестве замены устроили встречу с другой женщиной.

Всё бы ничего. Да только женщина эта была что-то вроде андроида. Она вытворяла с собой такое, обычное человеческое тело развалилось бы, как ступень ракеты в плотных слоях атмосферы, а ей хоть бы хны. Я смог бы и с андроидом жить, перетерпел бы как-нибудь, но она была очень пьющий андроид.

Я и сам не дурак к бутылке приложиться, а тут и вовсе слетел с катушек. На пару мы пили на износ – дни, недели, месяцы. С новой женщиной-андроидом я чувствовал себя верхом на комете, летевшей в черную дыру.

Я улетал всё дальше и дальше. Безвозвратно. И всё же к той, которую добивался чуть больше четырёх лет, тоже захаживал. Так просто, как старый приятель.

– Что редко заходишь? – спрашивала она.

«Ну и дура ты! Ты же сердце моё разбила! Навсегда! Это из-за тебя я сейчас живу с пьющим андроидом! Живу на пороховой бочке с тлеющим фитилем! Представляешь, каково мне?! – хотелось орать мне каждый раз. Но вслух выражался иначе:

– Всё сложно, я переступаю порог твоего дома и попадаю в рай. А выхожу обратно, там ад. И меня начинает трясти, словно я насмотрелся на газосварку. От мысли, что тебя не будет рядом, сердце стягивает жгутом. Как можно терпеть такие муки часто?

Она смотрела на меня, как конченого кретина, и ничего не говорила.

– Ты не теряйся, – улыбалась она на прощание, махая загорелой ручкой. – Я на днях опять в Венецию еду. Привезу вина, заходи, выпьем.

А я и не терялся. С чего мне теряться? Я жил с женщиной-андроидом. Меня носило, как на качелях. Она через день выносила мозг пьяными выходками. Когда мы были вместе, нас словно черти на сковороде поджаривали.