Последняя страница осени

 – Вы один из последних, кто общался с Воронцовым.

– Это было на прошлой неделе. Мы говорили по телефону.

– О чем?

– О моих сценариях. Их взяли на рассмотрение, об окончательном решении должны сегодня сообщить. Вот и всё, – выложил как есть Толя. В трубке молчали. Толя не удержался и спросил: – С ним что-то случилось?

В трубке продолжали молчать.

– Нам бы тоже хотелось узнать, – наконец услышал Толя. – О чем вы еще говорили? Вы давно знакомы?

– Больше ни о чем. Я сказал, что сценарии готовы и отправлены.

Он сказал, что они у него и предложил созвониться позже. Вот и всё. Мы и не встречались никогда.

– А каких сценариях идет речь?

–Для корпорации КСИ, для их игровых автоматов. Я придумал два.

– Что за сценарии?

– «Мультфильмиллион» и «Царевна-лягушка».

– О чем это?

– Ну как, они просто…

– Так. Подождите, – остановил голос из трубки. – Где вы сейчас находитесь?

– На Рублевском шоссе.

– Скажите точный адрес, мы сейчас приедем за вами. Надо поговорить. Это не займет много времени.

– А вы кто?

– Считайте, ваши лучшие друзья, – чуть усмехнулась трубка. – Ваш адрес?

Не поверив, что созвонился с друзьями, Толя отключил телефон. Странное ощущение вдруг нахлынуло, словно его подхватил и закружил мощный вихрь. И теперь уж не вздохнуть полной грудью и не сделать легкого движения, пока другое, необъяснимое, движение не прекратится.

– Что это было? – спросил Толя вслух. – Бред какой-то.

Подобный разговор никогда не представлялся реально возможным. К нему липли другие проблемы: безденежье, нервные подруги, потеря ключей и документов.

Исчезновение сотрудника корпорации КСИ не могло иметь к Толе никакого отношения.

– Абсурд! – громко сказал Толя.

Проходившая мимо девушка прибавила шаг.

В кармане завибрировал мобильник, Толя достал трубку и глянул на экран. Номер не определялся. Толя торопливо отключил телефон.

«Почему я испугался? – думал он. – Ведь я ни в чем не виноват, ничего не знаю. Мне нечего бояться». Но голос невидимого собеседника, настаивавшего на встрече – в нем было столько превосходства и силы, что контакт обрывался на уровне инстинкта самосохранения.

До Суворовского парка Толя спешил почти вприпрыжку. Ноябрь сорвал с деревьев последние листья, мокрые и грязные они лежали под ногами. Холм, на который Толя поднялся, продувал холодный ветер. Печально нашептывая о неясном будущем, он просился за пазуху, как бездомный щенок. Прислушиваясь к завываниям, Толя думал, что же теперь делать.