Сила и волшебство

? Пойдем, перекусим, твоя сестра что-то сготовила, – сказал правнук Улугбека.

Сестра, как всегда, запаслась нужной снедью и стала кормить петрушкой и кукурузными лепешками с финиками и медом. Мы с аппетитом поели, словно именно за этим сюда и заявились. Не ел только посланец догонов. Он, вообще, не принимал ни воды, ни пищи, получая энергию сразу из космоса. При желании его можно было назвать милым парнем, но он больше напоминал чудом ожившего гипсового мальчика.

Мы дожидались темноты. Неожиданно для себя я задремал.

Мне приснились птицы, плавающие по зеркальной глади большого озера. Проснулся я от шепота сестры, тихо подувшей мне в ухо:

? Проснись, Тим.

Я открыл глаза и понял, крысы рядом, их приближение угадывалось сердцем. По нему словно пробегали тени, вызывая беспокойство. Я точно покрывался старческими морщинами.

Как верно заметил наш старый друг Дарси Томпсон: «Существа разного размера являются обитателями разных физических миров». Сто обыкновенных крыс, равных по массе одному слону, сжирают в десятки раз больше, чем скромное травоядное с длинным хоботом.

А твари, за которыми мы охотились, как черные дыры, пожирали целые вселенные. Иногда предостерегающие знаки их опасного присутствия и деятельности проявлялись самым странным образом. Так в 1680 году в Норвегии прошел целый дождь из крупных грызунов. Видевшие это решили, что наступил конец света.

Сохраняя тишину, праправнук Улугбека сделал знак, что надо подняться на чердак. Соблюдая осторожность, мы поднялись наверх.

Ночь была безлунной и безветренной, лишь издалека доносился отзвук, словно кто-то пересыпал песок.

Я подумал, как же странно устроена жизнь. Ведь никто никогда не узнает, на что я ее потратил. Ловил крыс? Что за занятие для живого человека, мечтающего о тихом семейном счастье? Вряд ли оно может привести к чему-то хорошему.

Пространство вокруг вздрогнуло, и большая крыса выскочила из темноты, пытаясь проскользнуть. Свое дело я знал хорошо. Крысу надо впустить в себя и удержать. Когда крыса поймет, что попала не туда, где желала порезвиться, она ринется грызть дыру для побега.

И вот тогда наступает благоприятный момент, чтобы волнами нежности и любви накрыть крысу, потерявшую бдительность в поисках выхода, и разнести её вдребезги. Прием отработан еще первыми фиваидскими отшельниками.

По-другому с крысами расправлялся посланец догонов. Лишь коснувшись его, крысы просто исчезали сами собой, а он с интересом смотрел на остающиеся после них тени.