Корпорация Семаргл

Какое-то время мне казалось, что Катька не откроет, но она открыла. Бывшая подруга ничуть не изменилась. Длинные темные волосы, падающие на лицо, еле видные в этой завесе теплые карие глаза и рваная джинса. Она даже не поправилась ни на один размер, та же школьная одежда.

– Влад? – удивилась она. – Я тебя не узнала. Волосы отрастил?

– Нет, забыл нормально подстричь, – хмыкнул я. И не такие уж они длинные, даже до плеч не достают. – Пустишь, Царева?

– Заходи, Соболев, – она посторонилась.

На меня пахнуло запустением и разрухой.

Я заколебался, но мужественно взял себя в руки и шагнул. Со стены потянуло плесенью, выглядывающей из-под оторвавшегося уголка светло-серых обоев. Люстра покрылась темной пленкой, словно ее не чистили, один из четырех рожков отсутствовал. Покосившаяся дверца шкафа. Наполовину лысый ковер. И темные пятна по полу.

– Что у вас тут, война была? – я потянул с себя ботинки.

– Да если бы, – Катя захлопнула дверь и ушла на кухню. Я постоял в нерешительности, потом двинул в гостиную, где рухнул на диван.

Плед с двумя мощными тиграми остался знакомый, только изрядно потертый.

Вскоре вернулась Катя. Она принесла две банки пепси и одну протянула мне. Банка приятно обожгла ледяной свежестью. Все у них не так уж плохо, как я боялся. Значит, повоюем.

Стоп.

Я боялся за Катьку?

Даже не смешно. Я чуть не подавился темной пенящейся жидкостью. Но продолжал улыбаться, словно мы, как в былые времена, сейчас будем дурачиться. А потом войдет Катькина мама и расскажет смешную историю.

А потом выбежит младшая сестра с очередным рисунком Сейлормун. И потребует, чтобы я ее похвалил. А я бы ответил: «Что, кто-то еще это старье смотрит?»

– Рассказывай, чего приехал, – Катя тоже отпила из банки, и теперь катала ее между ладонями. – Решил вспомнить лихую молодость?

– Эй, не так уж мы и лихачили, – отшутился я и задумался. А и правда… Я так и не придумал, что скажу Катьке.

– Да ну, ври больше. С чего бы тогда мамаша той малявки настучала на нас?

– Малявка ошиблась, это не мы ее велик стырили, – фыркнул я, недовольный тем, что Катька вспомнила такой неприятный момент.

 – Нет бы повеселее что выдать.

– Ты сюда ностальгировать пришел? – удивилась Катька.

– Нет, я пришел сюда чертей гонять.

Катька помрачнела. Я понял, что попал в яблочко. Осталось теперь это яблочко бережно сорвать. Чтобы Катька не выгнала меня из комнаты. Она неслабая совсем девушка. Со мной рядом слабая не выжила бы.