И среди терновника растут розы

– Мистер Уанхард, будьте так добры, скажите нам, что за миледи сидит рядом с Вами? Вы так любезно общаетесь с ней. Наверное, это кто-то из Ваших родственников?

Женщина была в темном тяжелом платье, с трясущимися руками, глаза были красными и отекшими словно после постоянных длительных слез, и на мир она смотрела через вуаль небольшой шляпки на голове. Смотрела она на мистера Уанхард с интересом, даже граничащим с любопытством, и со странным теплом, как на собственного внука.

– Это мисс Россер, она одна из приглашенных, – ответил ей мужчина.

Женщина понимающе, но как-то разочаровано и огорченно закивала, а потом заговорила:

– Но почему она сидит так близко к Вам, в то время, когда все остальные девушки сидят почти в конце стола?

– Сам не знаю, миссис, – отвечал мистер Уанхард, – мой хороший друг мистер Мак-Дугал попросил всех рассаживаться так, как им будет удобно, значит, моим гостям удобно сидеть именно так.

– Если бы мы знали, что сесть к Вам, мистер Уанхард, можно было так близко, моя внучка могла бы сесть рядом с Вами, – с легкой обидой в голосе говорила женщина.

– Могла бы, – мужчина кивнул ей в ответ, и это всё, что он мог ей сказать, так как совершенно не понимал этой странной борьбы за место.

Среди толпы приехавших девушек мистер Уанхард не видел никого, кто мог бы привлечь его внимание, и даже если бы рядом села какая-нибудь другая девушка, он не стал бы с ней так заинтересованно общаться, глядя лишь на мисс Россер, которая сидела бы в конце стола.

– Моя внучка мисс Вуд, Вы видели ее? – спросила снова женщина.

– Это та прелестная леди в розовом платье? – спросил мистер Уанхард, и женщина смущенно улыбнулась, а на ее морщинистых щеках даже проявился румянец.

– Да, это именно она! Моя любимая Присцила Вуд! – с восторгом заговорила женщина, счастливо улыбаясь, но при этом стягивая губы, чтобы не было видно почерневших, испорченных годами жизни зубов.

Мужчина улыбнулся женщине, но промолчал, ведь именно рядом с ним сидела та, что своим видом была способна затмить сразу всех дам в зале.

– Здесь столько прекрасных девушек, миссис Вуд, что у меня аж глаза разбегаются, – говорил мужчина.

– Ну а кто на Ваш взгляд здесь всех милее? – не отставала пожилая женщина, желая услышать имя своей внучки.