И среди терновника растут розы

В этот день отец девушки все же решил присоединиться к трапезам, но ел он молча, отчего девушки испытывали дискомфорт и не могли завести разговор между собой.

Погода была мерзкой. Капли дождя стучали по металлической крыше и водостоку, где-то на третьем этаже была течь, и прислуга отнесли туда тряпки и тазы, поэтому по звуку казалось, словно дождь идет где-то у озера. Мисс Хоггард помогала по дому и мало времени проводила с хозяйкой, а та ушла в единственное помещение без окон, чтобы не видеть тумана и капель дождя, стекающих по стеклу.

Она сидела в небольшой комнате, где когда-то было окно, но теперь оно было заложено кирпичом, а сама комната изнутри выглядела так, словно ничего не поменялось. Здесь в свое время миссис Россер чинила одежду своей прислуги, и именно здесь она сшила Сиду его черный балахон, видя, как мужчина стесняется взглядов в свою сторону. Девушка расположилась в кресле, оббитом розовой тканью и сидела при зажжённых в люстре свечах, перебирая ткани, покрытые пылью в шкафах и материнские зарисовки моделей платьев. Она просидела там большую часть дня, даже не заметив, как на улице начало темнеть, и прекратился дождь.

День сменялся днем, и мисс Россер ждала ответы на свои письма. Отец все еще не разговаривал с ней, но теперь для девушки это было не важно. Игнорируя угрюмый вид мужчины, за столом она обращалась к мисс Хоггард, а та, бросая взгляд в сторону хозяина дома, неуверенно и коротко отвечала. Все боялись мистера Россер, но его дочь всё сильнее убеждалась в том, что ей бояться нечего, и очень скоро она покинет его дом.

Девушка ждала письма от двоюродного дядюшки Эдварда Россер, но она никак не могла представить, что он решит лично посетить её. Однажды в середине дня, когда на улице сияло солнце, и казалось осень отступила, у центральных дверей появился высокий привлекательный мужчина лет тридцати. Мистер Джонс поспешил ему открыть, и послал сообщить мистеру Россер, что прибыл его двоюродный брат.

Глэдис Россер смотрела на него во все глаза, не веря, что в их семье может быть кто-то столь приятный и располагающий только одной своей внешностью.

Что удивляло её особенно сильно, что это её родственник со стороны отца.

– Где же моя племянница? – спросил он, проходя в гостиную первого этажа и оглядываясь вокруг. Хозяин дома, сведя брови, и явно недовольный визитом родственника, следовал за ним, сжимая в руках бокал тамблер с виски.

– Вас, Эдвард, интересует моя дочь? – спросил мужчина, явно удивленный.