Айвз и Мэллоун

Он проинспектировал кухню, где миссис Кук колдовала над закусками, проверил, готовы ли экипажи, – слуги как раз заканчивали полировать дверцы, а мальчишка-посыльный сам доложил, что задание успешно выполнено. Кристоферу очень хотелось узнать, видел ли Стиви мисс Айвз, но такой вопрос прозвучал бы странно, к тому же сомнительно, что обычный человек разглядит волшебную внешность фэйри. Все это заняло едва ли час, до пикника же оставалось еще три, и Кристофер с удовольствием ускорил бы время, которое, как назло, стало тянуться еще медленнее.

* * *

В доме же Робинсонов кипели страсти. Девушки, приглашенные на пикник самым завидным женихом если не королевства, то как минимум графства, суетливо прихорашивались. Из платяных шкафов они извлекали самые красивые и модные наряды, из шляпных коробок – капоры; а еще ленты, парасоли, шатлены, перчатки и украшения.

Эбигейл Айвз наблюдала за этим с ироничной усмешкой, которая моментально сменялась на дружеское участие, стоило кому-то к ней обратиться.

Возня девушек заставляла ее скучать, хотя чем ближе становился час встречи с Мэллоуном, тем больше усиливалась внутренняя дрожь – нечто среднее между тревогой и предвкушением веселого приключения.

– Лучше бежевый или бежевый с золотистым? – Сьюзан показала один капор, потом второй и нетерпеливо закусила губу.

С точки зрения Эбигейл, оба головных убора ничуть не украшали младшую дочь торговца, а фасон их устарел еще два года тому назад, поэтому капор она выбрала наугад.

– Левый, то есть бежевый.

Сьюзан просияла и убежала, но явилась Джулия. Она вела себя сдержаннее – все-таки старшая, к тому же ее туалет для прогулки почти подобрали, оставалось определиться с украшениями.

– Я решила ограничиться брошью, – посвятила она Эбигейл в свои планы. – С камеей или с сердоликом?

– С сердоликом, – не стала изменять себе Айвз, но Джулия, вместо того чтобы уйти, присела рядом и поинтересовалась:

– А как же твой наряд?

Платья Эбигейл не любила, как и все то, что приходилось надевать до, – сорочку, чулки, корсет, нижние юбки и далее.

В полном облачении леди она чувствовала себя не то закованной, не то замурованной: одежда человеческих женщин мешала дышать, мешала двигаться, а весила, наверное, как стальные доспехи. Куда больше ей нравились облегающие брюки и свободные блузы, но выйти в свет в подобном означало уничтожить репутацию.