Между

Кромка судьбы: Касваллаун

Ты видел их полководца? Цезаря? Его называют божественным… или будут называть. Неважно.

Он такой же полубог, как мы с тобой. Вернее, он тоже полубог, но иначе. Он рожден смертными, но – боги его страны живут в нем самом.

Живут не так, как они вселяются в жрецов. Они не изъявляют свою волю – они просто действуют через него. Действуют, оставляя в нем частицу своей силы – и стремления. И он, смертный Юлий, становится больше чем человеком.

Он становится вместилищем римских богов.

Под силу ли людям одолеть бога, Марх? Даже если Корнуолл пришлет еще сотню колесниц?

Да, мы отбили первый натиск. Мы – это я и мой отец. Но будет и второй.

Из меня плохой провидец, но я – бренин и сын Древнего. Я могу предугадать, что сделает Цезарь.

Цезарь – бог. Точнее, все слепые боги Рима разом. А боги хотят храмов, жертв, жрецов… Жрецы божественного Цезаря – его легионы. Они верят в него – не так, как верят в командира.

Как верят в бога.

Свою силу Цезарь передает им. А они своей верой увеличивают его божественную мощь.

Против Прайдена будут не просто тысячи отборных воинов, закованных в железо. Против нас будут тысячи истовых жрецов. И их бог.

Ты можешь превратиться в коня, Марх. Ты можешь скинуть и растоптать Цезаря в разгар сражения. Только это мало что изменит. Просто божественный Юлий лишится смертной оболочки.

Жертвоприношение ему не остановится.

– Итак, нам нужна армия, способная биться с римлянами… – задумчиво проговорил Марх.

– Но их главное оружие – живой бог и вера.

– Тысячи жрецов… – Марх поднес кубок к губам и с досадой обнаружил, что там уже нет ни капли. – Почему вино всегда кончается так невовремя?

Касваллаун налил ему еще.

– Рим сильнее наших богов, – мрачно проговорил бренин Прайдена. – Он захватил весь огромный южный край.

– Но Цезарь здесь один. А наших богов – много…

Марх осушил кубок, потом с раздражением сорвал со стены чадивший факел, затоптал его.

– Ты получишь армию жрецов. Тех, для кого вера превыше всего. И уж конечно превыше такой мелочи, как смертное бытие.

Помолчал. Добавил:

– Я пока не знаю, как. Но это будет. Даю слово.

Касваллаун кивнул:

– Хорошо. Но я недаром спрашивал тебя о границах, которые ты можешь переступить ради Прайдена. Ты – бренин Аннуина.