Пепел на венце

И только моряк на рее, приложивший ладонь ко лбу, и капитан на подмостках, пялящийся в какую-то трубку, подсказывали направление, с которого приближается опасность. Лексо, как и я, отчаянно пытался разглядеть на горизонте угрозу. Кажется, что-то увидел.

Игра в гляделки мне порядком надоела, и я взобрался выше, к Жану Батисту. Старый ключник стоял по правое плечо от него.

– Опускай парус! Живее развязывай, сукин сын! – помощник капитана не затыкался ни на минуту.

– Ну, что там? – не выдержал я, косясь на удивительный окуляр Жана Батиста.

– Там охотники, – медленно процедил мореход и протянул мне трубку. – Смотри туда, где зигзагообразный отросток от черного облака почти достает до линии моря. Левее от него.

Я с недоверием приложил инструмент к глазу и охнул – на месте, где и силуэт врагов едва различим, оказался длинный узкий корабль со сложным парусным вооружением.

– Что за диковинка?

– Поделие мастеров с Кандлиге. Там не одни пираты и смолокуры, как ты думал.

Я развел руками:

– Что может знать человек о месте, где никогда не бывал? Слухи, толки и приукрашенные истории – вот это рождает мнение, хоть оно может быть далеко от правды. А правда нам нужна. Особенно сейчас.

– Понимаю, ты хочешь услышать от меня поток ободряющих слов. Что ж, их я найти не могу. Если такая погода сохранится, если волны будут столь ничтожны, то нас настигнут. Когда? Времени у нас мало. Может, сутки.

Я оглянулся на суетящихся матросов и прильнувших к правому борту наемников и поскрипел зубами.

– Мы так далеко… – произнес я с недоумением. – Когда Эллас-Амин успел обзавестись такими чудными штучками, как у тебя? Я помню, как в Хольне некоторые ученые мужи рассматривали свои книги через увеличительные стекла в тонкой оправе, но в них ничего не разглядеть вдали. У элласцев не было даже этого. Я, конечно, не истина в последней инстанции, но…

– Особые люди. Такой ответ тебя устроит, Фосто Дознаватель? Очень зоркие и… чувствительные к опасностям.

На преследующем нас корабле один такой наверняка есть. А теперь прошу меня извинить, но пусть рядом со мной останутся лишь ключник и рулевой. Кое-какие правила должны быть даже на судне контрабандистов. Сюда и простым морякам вход заказан.

Я с пониманием кивнул. Правда, не сдержался и окликнул Осия:

– Не кажется ли, эм-м, что нас засмеют на том свете, если мы падем жертвами имперцев?

Старик ничего не ответил.