Призрак из прошлого

Если точнее, мы живём в городке в преддверии Лос-Анджелеса – в Пасадене, – с гордостью ответил парень. – Может, вы не знаете, но это самый прекрасный город на земле. Наш дом на Ист-Маунтин стрит, и мы с папой… – Дарену пришлось прервать свой рассказ, потому что его собеседница почему-то резко побледнела. Он выжидательно смотрел на неё, не понимая, что происходит.

– Вы сказали – Ист-Маунтин стрит?! – спросила потрясённая женщина и, пытаясь налить себе воды, чуть не опрокинула кувшин. Дрожащей рукой она всё же наполнила фужер и жадно опорожнила его.

Дарен чувствовал себя крайне неловко.

– Да, мэм, Ист-Маунтин стрит, 1063. Почему это вас так встревожило? Простите, мэм, но это и правда мой адрес! Может, я сказал что-то лишнее? Пожалуй, мне лучше уйти. Простите…

– Нет-нет, прошу, останьтесь, пожалуйста! У меня просто закружилась голова. Сейчас пройдёт. Посидите со мной… – попросила женщина, собираясь с мыслями и с трудом возвращаясь к реальности. Вдруг она схватила парня за руку.

– Что с вами, мадам? – Дарен испуганно отдёрнул руку.

– Дарен! Пожалуйста, ради Бога, мне очень важно знать имя вашего отца. Пожалуйста, скажите мне, как его зовут, – в отчаянии умоляла Стефания.

Дарен был ошарашен такой резкой переменой в поведении женщины. Мысли чередой проносились в его голове. «При чём тут мой отец? Зачем она спрашивает его имя? За кого она меня принимает? Вроде бы я ничего такого не сказал… Чем я мог её обидеть? Может, Софи пожаловалась на меня? Но до сих пор она была в прекрасном расположении духа, что же произошло? Она разве знакома с моим отцом? О чёрт! Вообще не надо было сюда приходить.

И Софи почему-то нет… Странно. Я, наверное, влип в неприятную историю».

Парень решительно встал со стула.

– Простите, мэм, но я говорю правду, моего отца зовут Вилль!… Может быть, вы слышали о нём? Он достаточно известный американский композитор и певец, и… – парень запнулся в растерянности, не закончив фразы.

От какого-то, безусловно сильного, потрясения женщина, услышав произнесённое Дареном имя, охнула и уронила на пол пустой фужер, одной рукой схватившись за сердце, а другой опёрлась о край стола.

«Господи, боже, помоги мне… Только не это… Вильмонт! Это он… Я знала, знала, это божья кара… Это он… Но нет, этого не может быть…», – шептала она в забытьи.

Дарен быстро придвинул к ней стул.

– Присядьте, мадам. Вам плохо? Вы совсем побледнели. Присядьте. – Парень протянул ей руку, чтобы она могла опереться. – Простите, я всё-таки лучше пойду.