Сломленный

Ринувшись к дому короля, люди кричали

– Урль!

В доме тем временем зарождался хаос.

– Господи, что нам делать? Они же порвут нас на части, – бегал по залу один из приближённых к королевской семье.

– Первым пойдёт этот болтун! Отрезать бы тебе язык, глупец. Не одолел Марко в равном бою, так чего трогать теперь, да ещё требует награды за неотрубленную голову! – возмущался командир стражи.

– Прихлопни пасть! Я заплатил опытному убийце за голову Марко. Совсем скоро всё утихнет. А народ успокоится, ведь мальчик всё еще у нас, – отвечал другой, убеждённый в успешности плана.

– Тем не менее должного эффекта от убийцы нет, – недоверие проявил Агнес. – Где мальчик сейчас? – смирившись со смертью, спросил губернатор.

– Пятьдесят два. Номер темницы, – нехотя ответил генерал.

– Я поговорю с народом, – высказался Агнес, собираясь выходить.

– Вы самый старый из нас, они вас не тронут, не переживайте, – вслед губернатору подбадривал командир.

– Самый старый и самый умный, видимо.

 – После последних слов старик спокойно вышел из дома и пристально начал всматриваться в толпу в целях выискать зачинщика бунта. – Успокойтесь, друзья, – прикинувшись слабой овечкой, промолвил Агнес.

– Друзья? Какие мы друзья?! Отвечай, где король? Говори, мерзкое отродье шакала, пока не порубили тебя на мелкие кусочки! – Они были готовы растерзать его из чистого удовольствия.

– Пусть говорит один! – строгим, на удивление уверенным голосом крикнул старик.

– Ты говори с ним, – показывая на Витея, крикнул один из бунтующих.

– Если заварил, то расхлёбывай, – прошептал Витей себе под нос и глубоко вздохнул.

– Моё имя Агнес. Будь так любезен назвать своё.

– Тит! Меня зовут Тит, – посмеиваясь, ответил Витей, но где-то среди обезумевшего народа настоящий Тит скалил зубы.

– Король мёртв, но мне известно местонахождение мальчика. Принц – теперешний Король, – хриплым голосом тихо сказал старик. – Тит, подойди ко мне поближе, – он подозвал его, чтобы никто другой не услышал их разговора.

– Чего ты хочешь? – довольно грубо спросил Витей.

– Меня растопчут, словно паршивую овцу. Мальчик – то единственное, что спасёт старика. – Жалостливые глазёнки выпирали из глазниц.

– Хорошо, я замолвлю за вас словечко, но для начала скажите мне: где мальчик? И что всё-таки вы собираетесь делать дальше?

– Вернусь к себе домой и наконец встречу смерть с чистой совестью.