Идеальная невеста

– Насколько мне известно, вы с Элизабет встречались в Лондоне, – начала Кэро, кивнув хрупкой девушке, стоявшей рядом с отцом.

Вот оно.

– Совершенно верно. – Майкл бережно взял протянутую руку.

– Мисс Моллисон.

Он заметил ее едва ли не от дверей, но постарался не выказывать особенного интереса. И теперь ловил ее взгляд, пытаясь определить отношение Элизабет к себе. Но за приветливой улыбкой ничего нельзя было распознать. Во всяком случае, в ее голубых глазах не светилось ни малейшего расположения.

– Мой секретарь Эдвард Кемпбелл, – объявила Кэро, показывая на незнакомого молодого человека. – Он был референтом Камдена, но я так привыкла полагаться на него, что не смогла отпустить столь ценного служащего.

Кемпбелл поспешно взглянул на нее, словно желая напомнить, что он всего лишь секретарь, и ничего больше. Мужчины обменялись рукопожатием, и Майкл едва удержался, чтобы не посоветовать молодому человеку не спускать глаз с Фердинанда. Вместо этого он занялся более насущным делом: Элизабет Моллисон.

– Я слышал, вас собираются повысить, – заметил Джеффри.

– О, это зависит от премьер-министра, а до осени ничего не прояснится.

– Он не любит показывать карты, – согласился собеседник. – Итак, каково положение в Ирландии? Возможно, вам придется улаживать тамошние раздоры?

Обмен политическими новостями с Джеффри был прекрасным предлогом, чтобы получше рассмотреть его дочь. Элизабет лениво обозревала комнату, не проявляя ни малейшего интереса к теме, мало того, казалась абсолютно безразличной к происходящему.

Кэро, взяв под руку Кемпбелла, переходила от одного гостя к другому. Майкл чуть подвинулся, не спуская глаз с Элизабет. Что-то явно было не так…

Он перевел взгляд на Кэро, потом снова на Элизабет и мимоходом отметил цвет нарядов обеих мисс Дрисколл. Старшая предпочла светло-розовый, младшая – бледно-желтый.

Элизабет выбрала белый. Как, впрочем, многие девушки, особенно во время первого сезона. И все же… белое не шло ей.

Она и без того была такой светловолосой и бледной, что результат получился плачевным, особенно еще и потому, что на фоне прозрачной ткани ярко сверкали бриллианты.

Майкл мысленно покачал головой. Ему бы никогда не пришло в голову наставлять даму в искусстве одеваться, и все же он мог легко увидеть разницу между хорошим и плохим вкусом. В политических кругах последнее почти не встречается.

Поэтому его неприятно поразил вид Элизабет.