Новолуние

Это вполне нормально, только зачем бросать его на заднее сиденье?

– Пойдем прогуляемся, – бесцветным голосом произнес он.

«Не к добру все это, ой не к добру», – заявил мой внутренний голос.

Не дождавшись ответа, Эдвард потащил меня через двор к лесной опушке. Я неохотно послушалась: страх парализует мозги, но думать-то надо! Вроде бы именно об этом и мечтала, мечтала прояснить ситуацию раз и навсегда.

Так откуда паника?

Несколько шагов в сторону леса, и Эдвард остановился. Раз видно дом, значит, мы еще даже на тропу не вышли.

Вот и вся прогулка.

Прислонившись к дереву, Каллен пронзил меня пустым, ничего не выражающим взглядом.

– Ладно, давай поговорим, – храбрилась я.

Эдвард тяжело вздохнул:

– Белла, мы уезжаем.

Теперь пришла моя очередь вздыхать. Что же, вариант вполне приемлемый, я к нему готова.

– Почему сейчас? Еще один год…

– Белла, время пришло. Да и вообще, сколько можно сидеть в Форксе? Карлайл с трудом на тридцатилетнего тянет, а утверждает, что ему тридцать три.

Честно говоря, ответ меня смутил. Я ведь собралась уезжать для того, чтобы оставить в покое Калленов. Раз они сами покидают Форкс, зачем нам сниматься с места? Я непонимающе смотрела на Эдварда.

Любимые глаза холодно блеснули, и у меня земля ушла из-под ног: вот в чем дело…

– «Мы» означает… – шепотом начала я.

– Мою семью и меня, – лишая последней надежды, отчеканил Каллен.

Пытаясь сосредоточиться, я качала головой туда-сюда, словно китайский болванчик.

– Ладно, я поеду с вами.

– Нет… Там, куда мы отправляемся, людям не место.

– Мое место рядом с тобой.

– Белла, я тебе не пара.

– Чепуха! – Вопреки ожиданиям, мой голос звучал не нервно, а умоляюще. – Ты самое лучшее, что есть в моей жизни.

– Наш мир тебе не подходит.

– Инцидент с Джаспером – ерунда, самая настоящая ерунда!

– Да, верно, чего-то подобного и стоило ожидать.

– Ты же обещал! Помнишь, в Финиксе обещал не бросать…

– Пока тебе это на пользу, – перебив меня, поправил Эдвард.

– Нет! Это из-за моей души, верно? – брызгала слюной я, но в голосе по-прежнему слышалась мольба. – Карлайл объяснил, и мне все равно. Да, представь, все равно! Моя душа принадлежит тебе… И сердце, и жизнь!

Набрав в легкие побольше воздуха, Эдвард целую минуту сверлил землю невидящим взглядом. Губы скривила чуть заметная ухмылка.