Солнце полуночи

В мыслях Майка я увидел обрывок воспоминаний, россыпь образов с урока биологии. Голова Беллы на столе, зеленоватый оттенок ее светлой кожи. Красные капли на белых карточках.

Определение группы крови.

И я застыл как вкопанный, затаив дыхание. Ее запах – это одно дело, а кровотечение – совсем другое.

– По-моему, она в обмороке, – заговорил Майк, встревоженный и в то же время недовольный. – Не знаю почему. Она даже палец себе не колола.

Облегчение окатило меня, я снова задышал, пробуя воздух на вкус. И сразу уловил запах из крошечного прокола на пальце Майка Ньютона.

Когда-то, возможно, он мог привлечь мое внимание.

Я встал на колени рядом с Беллой, Майк переминался рядом, разъяренный моим вмешательством.

– Белла! Ты меня слышишь?

– Нет, – простонала она. – Уходи.

Облегчение потрясло меня так, что я засмеялся. Она вне опасности.

– Я вел ее к медсестре, – сообщил Майк. – А она не пошла дальше.

– Я сам отведу ее. А ты иди в класс, – небрежно отмахнулся от него я.

Майк стиснул зубы.

– Не пойду. Мне учитель велел.

Тратить время на споры с этим болваном я не собирался.

С ужасом и восторгом, отчасти благодарный и отчасти удрученный ситуацией, создавшей необходимость прикоснуться к Белле, я мягко поднял ее с дорожки и взял в объятия, касаясь только ее куртки и джинсов и стараясь держать ее на расстоянии от своего тела. И сразу же понес ее, торопясь доставить в безопасное место – иными словами, подальше от меня.

Она изумленно распахнула глаза.

– Положи на место! – слабым голосом приказала она – опять смутившись, как я догадался по выражению ее лица.

Ей не нравилось показывать слабость. Но ее тело было настолько вялым, что вряд ли она сумела бы даже устоять на ногах, не то что переставлять их.

Протестующие крики Майка за спиной я пропускал мимо ушей.

– Выглядишь жутко, – сказал я Белле, продолжая невольно усмехаться, потому что с ней было все в порядке – если не считать головокружения и пустого желудка.

– Отпусти меня, – велела она.

Ее губы были белыми.

– Значит, тебе стало дурно при виде крови?

Вот так выверт иронии.

Она закрыла глаза и сжала губы.

– Даже не твоей, а чужой, – добавил я, усмехаясь шире.

Мы подошли к административному корпусу. Дверь была приоткрыта, я пнул ее.

Мисс Коуп вздрогнула от неожиданности.

– Боже мой! – ахнула она при виде пепельно-бледной девушки у меня в руках.

– Ей стало плохо на биологии, – объяснил я, пока у нее не разыгралось воображение.