Анна и французский поцелуй

Но, к сожалению, мама – сторонница пуризма, и она категорически против того, чтобы я выпускалась без этих предметов. «Ты никогда не поступишь в приличный колледж, если выберешь керамику», – предупредила она, хмуро рассматривая список рекомендованных занятий.

Спасибо, мам. Отправить меня за образованием в город, известный своим искусством, и заставить страдать на очередном курсе математического анализа. Я тащусь к Мередит и Рашми, чувствуя себя третьей лишней, но все же надеясь на то, что у нас будут совместные занятия.

– Три со мной и четыре с Раш! – Мередит лучезарно улыбается, возвращая мое расписание. Ее пластмассовые кольца всех цветов радуги стучат друг о друга.

Раш. Какое неудачное прозвище[8 - Раш (англ. Rash) – в переводе значит «высыпание», «кожная сыпь».]. Подруги сплетничают о незнакомых мне людях, пока я мысленно нахожусь на другой стороне двора, где Сент-Клэр с Джошем ждут своей очереди. Интересно, будут ли у нас с ним совместные занятия.

То есть, с ними. Занятия с ними.

Дождь прекратился, и Джош пинает лужу, отправляя брызги в сторону Сент-Клэра. Тот смеется и произносит что-то, от чего оба заливаются смехом. Внезапно, я подмечаю, что Сент-Клэр ниже Джоша. Гораздо ниже. Странно, что не заметила раньше, но он не ведет себя как коротышка. Большинство из них или стесняются, или всегда готовы обороняться, или бестолково комбинируют обе модели поведения, но Сент-Клэр уверен в себе, дружелюбен и…

– Боже, опять пялишься?

– Что? – я резко оборачиваюсь, но Рашми обращается не ко мне.

– Ты прожжешь дыру в голове Сент-Клэра. Тогда он перестанет быть привлекательным.

– Замолчи, – говорит Мередит, затем улыбается мне, пожимая плечами.

Что ж. Вот и все. Будто мне нужна иная причина не засматриваться на него. Чудо-парень официально под запретом.

– Не говори ему ничего, – просит Мередит. – Пожалуйста.

– Конечно, – отвечаю я.

– Поскольку очевидно, что мы просто друзья.

– Разумеется.

Мы слоняемся без дела, пока не прибывает директор, чтобы произнести приветственную речь. Директор элегантна и держится как балерина. У нее длинная шея, а белокурые волосы собраны в тугой пучок, благодаря чему она выглядит скорее утонченной, нежели пожилой. И производит впечатление настоящей парижанки, хотя из вступительного письма мне известно, что она родом из Чикаго. Взгляд директора скользит по нам, ее избранной сотне студентов.