Священная ложь

– Выходит, ты сознавала, что твоя семья никогда не одобрит Джуда?

– Я дружила с ним не ради бунта, если вы об этом. Я дружила с ним, потому что он такой, какой есть.

– И все же позволь уточнить. Ты замечала, какого цвета у него кожа?

– Конечно, замечала! Что за глупый вопрос?

– Почему глупый?

– Потому что… Потому что я же не слепая! Как я могла не замечать, когда мы общались чуть ли не каждый день?

– Тебя воспитывали в ненависти к темнокожим людям.

Я в раздражении дергаю плечом.

– Я ненавижу тех, кто меня так воспитывал.

– Кстати, а когда ты первый раз это поняла? Когда заметила, что дела в Общине обстоят не совсем гладко?

– Не думаю, что можно назвать какое-то конкретное событие, – после паузы говорю я. – За один раз от своей веры не отречься.

– Тогда расскажи про какой-нибудь случай. Когда, например, ты поняла, что не согласна с остальными?

Я прикусываю пересохшую губу.

– Та девочка, про которую вы говорили, будто ее задрали в лесу звери…

Доктор Уилсон кивает.

– Ты про Роберту Холлуэй? Ее мать сказала, что это, скорее всего, был гризли.

Я мрачно хмыкаю:

– Гризли?..

Протягиваю руку и культей указываю на блокнот.

– Берите карандаш.

* * *

Первое лето в Общине выдалось лучшим в моей жизни. Мне было всего пять, и я благоговела перед Пророком. Меня окружали сильные, как на подбор, мужчины и умелые женщины. Даже тела наши, казалось, испускают святое сияние. Из земли на глазах выползали тысячи колосьев кукурузы. Мужчины вырыли пруд с коричнево-илистой водой.

Мы облачились в новые грубые одеяния.

А еще увидели первую смерть.

Берти было всего шестнадцать. Светлые волосы, складка на верхней губе… Отчего-то жены называли ее «вульгарной». Она вечно выставляла шею напоказ и слишком громко разговаривала. В городе у Берти остался парень, и родители притащили ее в Общину силком.

Донна Джо, вторая жена моего отца, уже носившая к тому времени одного из моих братьев, как-то раз велела принести из пруда воды.

Еле таща за собой ведро, я вдруг заметила под ивой на берегу Берти – та сидела, склонившись над чем-то на коленях. Разинув от удивления рот, я подошла ближе и увидела, что Берти бережно, словно драгоценное сокровище, поглаживает страницы книги.

– Это же грех! – выдохнула я.

Берти подняла голову:

– Минноу, иди куда шла.

– Где ты ее взяла?

– Нашла.

– Здесь нет книг! – возмутилась я.

Берти вздохнула.

– Ладно. Я привезла ее с собой.