Если найдешь

Я же не ради себя стараюсь.

– Уволь, даже слушать не хочу, – процедил его сын и направился к двери. За его спиной раздался глухой звук упавшего предмета на пол, и он невольно оглянулся. Кабинет был пуст. Отца стоящего возле стола он не увидел. – Папа?– шагнул он обратно в кабинет.

Его отец, опрокинув стул, упал навзничь и лежал без движения. В считанные секунды Алекс выскочил за дверь и закричал:

– Срочно, скорую! Саровскому плохо!

Секретарша заметалась, растерявшись, только потом схватила телефон.

Александр не знал, что делать в такие моменты, поэтому встав на колени рядом с отцом, пощупал пульс, который медленно бился, и нервно застыл в ожидании помощи, глядя на его лицо. Захлопали двери, рядом возник начальник службы безопасности Николай Анатольевич, и срывающимся голосом попросил отойти.

После каких-то манипуляций Саровский-старший захлопал глазами, остановил взгляд на сыне и прикрыл их. Чувство огромной вины накатило на Алекса. Он не хотел такого исхода, но и сейчас скажи ему жениться ради бизнеса, он снова сказал бы, нет.

"Скорая помощь" оказалась действительно скорой. Алекс поехал за ней следом, будто участвуя в гонках стритрейсеров, только под вой сирены, спецсигнала и светящейся мигалки.

Не успели войти в приемный покой больницы, подъехала Жанна, она подбежала к каталке, на которой лежал Марк Саровский, взяла его за руку.

– Я здесь. Все будет хорошо.

Алекса передернуло. Он вспомнил мать, умершую в одиночестве из-за отца, а здесь глубочайшее массовое внимание.

В течение 20 минут Саровского-старшего облепили кучей медицинских аппаратов, сделали уколы, поставили капельницу. Врач поставил первоначальный диагноз – ишемическая болезнь сердца, констатировав предынфарктное состояние, и попросил не волновать больного, чтобы не довести до инфаркта. Жанна что-то постоянно выспрашивала у врача и настояла остаться рядом с больным. После этого Алекс уже был рад ее присутствию и поехал домой. Но всю дорогу он анализировал произошедшее, коря себя за несдержанность, а так же домыслами, кого же в жены отец ему пророчил.

Он хорошо знал его, что сказав "А", он должен был сказать и "Б", но сердце подкачало. И все это ему жутко, не то, что не нравилось, а нервировало не на шутку. Отец теперь из-за предынфарктного состояния может веревки из него вить.

Остановившись перед шлагбаумом на въезд во двор своего элитного многоквартирного дома в жилом комплексе, он взял телефон и выбрал номер.