Маскарад жизней

Прошу тебя, – умолял мальчик девушку, – еще чуть-чуть и будет ночь.

– М-м-мама, м-мама, – завыла Леся.

Глава 5

– Господи, прости меня, – запричитала Олеся-в -Коле, – прости, меня братик! Я больше не буду обижаться на тебя! Но сейчас, пожалуйста, дойдем до врача, пожалуйста, – умоляла она. Но брат залился слезами так, что вокруг них стал собираться народ.

– Что с ней? – спросила женщина, держащая за руку мальчика лет 5.

– Переживает за меня, – произнесла Олеся-в-Коле и закашлялась.

Женщина с недоумением уставилась на них, не зная, что сказать.

При смерти никого не было, чтобы прилюдно переживать.

– Я болею, но мама не плачет, – пробасил ее маленький сын.

– Пойдем, Тоша, – сказала его мать и увела его от греха подальше. Остальные зеваки тоже начали расходиться.

– Коля, миленький, – продолжила, уговаривать Олеся брата, как только никого рядом не стало, – посмотри на меня.

Леся открыла залитые слезами глаза.

– Прости меня! Я больше не буду ругаться. Прощаешь? – жалобно спросила Олеся-в-Коле.

Девушка кивнула головой, перестав плакать.

–Д-д-давай, л-ляжем спать и пр-проснемся, – предложила она.

– Хорошо, – согласилась с ней Олеся, – только врача пройдем.

Коля-в-Лесе моргнул глазами, соглашаясь, и медленно двинулся в здание.

Врач старалась уделить времени на осмотр мальчика не больше, чем выделено. Записала жалобы, послушала дыхание, осмотрела горло и высказала, что не видит проблем. Но Олеся-в-Коле зашептала, что плохо себя чувствует, и закашлялась до рвоты.

Коля-в-Лесе сидел рядом, не реагируя. Грустная, задумчивая и молчаливая девушка на сомнительный взгляд врача, вскинула заплаканные глаза. Пожав плечами, врач выписала рецепт – леденцы от кашля, и сказала, придти на повторный осмотр через два дня.

Выйдя из поликлиники, Олеся предложила брату:

– По мороженому?

– Ты, ты....

– Кашляю? – помогла Олеся-в-Коле.

– Н-н-не х-хочу, – надула губы Леся. – Д-давай, п-поменяемся.

"Опять – двадцать пять, – мысленно простонала Олеся, понимая о каком обмене говорит брат, а вслух сказала:

– Ладно, пошли домой!

Придерживать за руку девушку пришлось всю дорогу.

Иначе, она бы не за что не дошла, не покалечившись. Олеся костерила себя, и оправдывала, что была не в себе, додумавшись надеть на нее эти туфли. Напряжение теперь не отпускало. "Как быть дальше? Как жить? Что делать? – Бесконечно крутились в голове. И ей все больше и больше становилось плохо. Она реально заболевала.