Я тебя забираю

Разговор с Толей помог не сильно. Вешаю трубку, в кухне набираю стакан воды и беру блистер с таблетками от похмелья.

Осторожно стучусь к Лизе в комнату. Тихо. Заглядываю внутрь.

Лиза свернулась калачиком в центре постели и тихонько посапывает. Ночная лампа освещает ее серьезное личико с залегшей между бровей морщиной.

Оставляю воду с таблетками на тумбочке рядом с кроватью. Присаживаюсь на край постели.

Что с тобой делать, Лиза? Как подобраться?

Чувствую, накосячил Родислав с тобой так, что ты и другим мужчинам не особенно веришь.

Осторожно убираю упавшую на лицо светлую прядку, касаюсь щеки.

Нельзя Лизу отпускать. Если Толя прав и тот связан с криминалом, то сделать он с девушкой может что угодно.

Оглядываюсь вокруг, паспорта нигде не видно. Осторожно заглядываю под подушку. Ну да, именно там самого дорогое спрятала.

Доставать рискованно, проснется. Может понять меня неправильно, и тогда любому доверию конец. Придется завтра как-то с ней договариваться, чтобы сама отдала.

Глава 04

Лиза

Моя голова.

С опаской приоткрываю один глаз, вокруг приятная полутьма. Шторы на окнах задернуты, хотя я их не трогала.

Точно, я же больше не у Родислава дома.

Резко сажусь на постели, отчего боль резкой вспышкой шарахает по голове.

– Мамочки, – сжимаю ее ладонями.

Перед глазами череда красочных слайдов: загс, Никита, стремная квартира, снова Никита уже в кустах, вино, трусы….

Задыхаюсь от возмущения.

Он меня напоил, а потом лапал мое белье в прачечной.

Маньяк!

А я его героем считала и даже сама поцеловала на эмоциях.

Внимание привлекает стакан с водой и блистер с таблетками рядом.

Протягиваю дрожащую ладонь, делаю пару глотков воды. Пусть маньяк, зато заботливый.

Закидываю в рот таблетку и запиваю водой.

На всякий случай заглядываю под подушку, паспорт и деньги на месте. Хотя деньги – сильно сказано, там на билет на поезд и пару раз перекусить.

Медленно сползаю с постели, накидываю на плечи халат и отправляюсь вниз.

В кухне натыкаюсь на Никиту. Этот вероломный гад выглядит слишком свеженьким, что очень раздражает. Снова в одном полотенце на узких бедрах, слушает ритмичную музыку, плавно двигаясь в такт, и готовит омлет.

– Доброе утро, – голос у него слишком громкий и противно жизнерадостный.

– Недоброе.

Сажусь за стол, глядя на него с немым укором.