Пассарола

Величественные и грандиозные здания обрамляли центральную гавань с блестящими на солнце нитями каналов, все сверкало, искрилось, было напитано неиссякаемой радостью, праздничной атмосферой легкого карнавала и на пике своего торжества являлось настоящим произведением искусства.

– Спускайся на землю как можно быстрей, – попросил Ки, нисколько не замечая роскошь и праздность этого дня.

Над гаванью кружили стаи розовых воздушных шаров, похожие на парящий зефир. Пассажиры некоторых шаров изумленно наблюдали, как Ки помогает Дуа встать на перила.

– Она собирается прыгнуть вниз!

– С такой высоты!

– Она же разобьется!

Послышались вздохи, и многие женщины в страхе закрыли лица светло розовыми надушенными перчатками. Кто-то плотнее прижал к лицу маску, кто-то отвернулся, а кто-то с любопытством наблюдал.

Ки держал руку Дуа и никак не мог отпустить.

– Отпускай меня! Я чувствую, как платье наполняется воздухом и начинает дышать! – закричала Дуа.

Ки нерешительно ослабил хватку, но руку не отпустил.

– Отпускай! – крикнула Дуа еще громче.

Наконец он разжал руку, и Дуа мягко взлетела. Огромная юбка платья колыхалась, подобная морским волнам. На лице Дуа Ки увидел такой неподдельный чистый и искренний восторг, что сам улыбнулся. Она же продолжала лететь, лавируя между розовыми сливками воздушных шаров и розовой пылью летучих лепестков. Ки тут же спустился вниз, подбежал к каналу и, расталкивая веселящиеся толпы, не отводил взгляд от неба, где огромным малиновым цветком парила Дуа.

Она летела плавно, но вот управлять летучей тканью явно было делом нелегким. Ее заносило в разные стороны, она несколько раз сталкивалась с мягкой нежной тканью воздушных шаров, а потом усилившийся ветер понес ее за город, в сторону сочных изумрудных полей, где как раз недавно лепестки роз освободились от гравитации. Ки, продолжая расталкивать толпы зевак, бежал следом за Дуа и за ветром, который нес ее неведомо куда.

Малиновая юбка, отливающая то красным, то бордовым и мерцающая на солнце, как крепкое, хорошо выдержанное вино, закрыла собою почти все небо.

По крайне мере, так показалось местным жителям, когда над их поселением пролетала Дуа в широкой, пышной и воздушной юбке, пошитой не то из нежнейшего шелка, не то из упругого атласа. Юбка колыхалась, пылала сочным пламенем, затмевала собою солнце. Дуа, расплескав руки, летала над деревянными домами и трудолюбивыми крестьянами с изношенной одежде из грубого льна.