Чудо с корзиной, или Не женюсь по объявлению

Ручки-ножки на месте, видимых дефектов, аномалий развития нет. Надеюсь, она абсолютно здорова и у нее есть живые родители. Или нет? Мысль о том, что у меня мог бы быть такой же ангелок на мгновение заставляет сердце пропустить удар. Что если она – подарок небес? Второй шанс? Моя не рожденная малышка? Ей сейчас было бы два годика. Но судьба решила иначе. Смахиваю непрошенную слезу. Мне нельзя волноваться. Нельзя привязываться к чужому ребенку.

– Юль, тут письмо.

– Неужели? – вздрагиваю. Надеюсь, он не заметил моих слез.

Хочу ли я знать, что внутри? Или лучше обратиться в полицию и пусть они разбираются, пока еще сильнее не влипла?

– Вскроем?

– Не знаю…

Артемий несколько секунд раздумывает, а потом все-таки раскрывает сложенный листок бумаги. Хмурится. Молчит.

– Что там?!

– Вот. Полюбуйтесь.

Пытаюсь разглядеть в полумраке корявый почерк. Кажется, что писал ребенок. Странно, очень странно!

«Плистлаиваю ф добрыи руки Мамочки и Папочки!!! Анечка».

Анечка? Это имя малышки? Или девочки, которая это писала? Поднимаю вопросительный взгляд на Артемия.

– Думаю, это розыгрыш. Какой-то неразумный ребенок пошутил.

– Настолько неразумный?! Разве такие бывают?

– Ну к примеру, старшенький не обрадовался появлению сестры. Она постоянно плачет, требует внимания. Вот он и решил сбагрить ее кому-нибудь. В «добрые руки».

– Кошмар. Я бы не додумалась до такого бреда!

– Предложите более убедительную историю?

– У меня нет ни единой разумной версии. Хотя… может быть кто-то шел в клинику, оставил нерадивого папашу погулять с коляской.

– Да вы, любезная, слишком недооцениваете мужчин!

– Жизненный опыт. В общем, думаю, кто-то украл ребенка из коляски. Аист, например.

– Украл, чтобы передать вам?

– Может, такая схема киднепинга?! Подсовывать ничего не подозревающим женщинам, а потом шантажировать… О боже… Или может быть, родители поставили корзину с ребенком около аиста, а потом перепутали корзины… унесли подарок, а младенец остался у промоутера! Не знаю!

– Успокойтесь и выпейте еще.

Уверен, все намного проще, – не слишком убедительно заверяет босс.

– Вы правы. Нервничать ни к чему. Там есть что-нибудь еще?

– Нет. Можете сами посмотреть.

– Верю на слово, – осторожно укладываю девочку в корзину, поправив одеяльце. В воздухе повисает неловкая пауза. – Когда нас освободят?

– Не могу ответить на этот вопрос.

– Позвоните кому-нибудь!

– Боюсь, мой телефон разрядился.

– Зарядите.

– Нет электричества.