Два чуда. Новогодняя сказка

Она ушла из жизни, а с отцом после смерти мамы мы так и не стали общаться.

Но грустить сейчас было бы не самой лучшей затеей.

– Пошли, мне не терпится тебе все показать!

Тина проводила меня на второй этаж, где мне предстояло жить ближайшее время.

– Мне нравится, у вас милый дом, – рассматривая гостевую комнату, отметила я.

– Располагайся. Я пока оставлю тебя, надо помочь маме, – девушка подмигнула и скрылась за дверью.

Помещение выглядело уютным. Из мебели здесь имелась небольшая кровать, окно с веселенькой шторой, тумба с ночником, письменный стол и платяной шкаф.

Без изысков, но мне вполне хватит. Я присела на край кровати – удобно. Для одной подходит идеально. Сейчас мне не хотелось даже думать о мужчинах, да и приводить кого-либо в чужой дом крайне неприлично. Прошло совсем мало времени с момента побега от прошлого, и воспоминания были слишком свежи, чтобы искать новое счастье. Да и нужно ли оно? Грусть снова затуманила мысли, но я взяла себя в руки и, наскоро разложив вещи, бодро пошагала вниз. Сидеть в одиночестве мне было противопоказано.

Женщины уже ожидали меня и не задавали лишних вопросов.

– Откроем бутылочку? – Ольга хитро прищурилась.

– Конечно, – мы с Тиной закивали.

Мы говорили о городе, о жизни, не касаясь личных вопросов. Не было испытующих взглядов, излишнего любопытства, оценок и комментариев. А главное, меня никто ни хотел поучать. Я просто наслаждалась индейкой, которая таяла во рту.

– Как же хорошо у вас, – призналась я, допивая очередной бокал.

– Это все потому, что ты приехала, – обняв меня, сказала Тина, – впереди тебя ждет только хорошее, вот увидишь.

– Обязательно! Например, хорошая погода на Новый год! – улыбнулась я, поднимая бокал.

– Ты обещала, что привезешь немного солнца! – рассмеялась Тина.

– Правда? А где же оно?

– Завтра. Все будет. Обещаю.

Вечер только начинался, и, судя по всему, он будет долгим и душевным.

2

Мы проболтали почти всю ночь. Ольга оставила нас вдвоем, отправившись спать. Когда я дошла до кондиции развязанного языка, то выложила Тине все, с малейшими подробностями и деталями.

Как заправский психолог, она слушала, не перебивая, только покачивая головой.

Несколько раз я прослезилась, но она сказала, что это нормально, мне нужно выговориться и поплакать, станет легче.

Тина была единственной, кому я рассказала все в мельчайших подробностях. И она поняла. Поняла меня на сто процентов.

– Я могу только представить то, что ты чувствуешь.