Любовь со льдом

Надо быть наготове, чтобы услышать, когда он закончит водные процедуры.

Засекаю десять минут и отправляюсь на кухню. После разговора с Евгением, его поступка и того, как он на меня смотрел и тянул свои ручищи, я думала, что жизнь кончена, а теперь, понимаю, что даже позабыла о нем, встретив этого странного Леонида. На всякий случай пишу сообщение брату, что со мной все хорошо и убеждаюсь, что он на работе. Сюрпризы мне сейчас точно не нужны. Иначе я выйду замуж сегодня же. И причем хромой или косой, Веня постарается…

Вздрагиваю от грохота и выбегаю в прихожую.

– Это что? Баррикады? – Лёня удивленно смотрит на пол, куда упал табурет, которым я прижимала дверь.

– Ого… уложился в тайминг. Молодец! – перевожу тему. По Леониду можно проверять будильник.

– Благодарствую, хозяюшка. Напарила добра-молодца. Теперь бы поесть, – идет за мной на кухню и кидает взгляд на плиту, где потрескивает разогретое масло.

– Значит, ты добрый молодец? А я, получается, баба-яга?

– Нет, – смеется. – К слову пришлось.

Делаю вид, что обиделась, исподтишка разглядывая незваного гостя. Старый костюм брата на подтянутой фигуре Леонида вполне неплохо сидит. Да и вообще, Лёня на удивление приятный парень, когда чистый. Даже, можно сказать, красавчик. Кого-то он мне напоминает… только не могу понять кого.

Правильные черты лица, большие красивые глаза, волосы цвета горячего шоколада… и идеальные зубы. Боже, я любуюсь зубами первого встречного парня, который еще десять минут назад выглядел как бомж! Докатились… вот, что значит до 18 лет не общаться с противоположным полом.

И тут сразу такой «купидон», даром что беспризорник. Отмылся, можно на конкурс красоты отправлять, до чего красив. Бывают же такие экземпляры? А говорят, что мужчина должен быть чуть краше обезьяны.

Точнее, так говорит Веня. Собственно, на него эта теория тоже не распространяется, потому что, если бы пришлось выбирать между орангутангом и Вениамином, я бы выбрала орангутанга.

– Ладно, намек понял. Исчезаю. Спасибо за доверие и за костюм.

Ты даже не представляешь, как выручила. Спасла меня буквально!

– Постой. Раз уж я баба-яга, а котлеты все равно уже готовы, садись. Не очень люблю есть в одиночестве, – смущенно улыбаюсь, накрывая на стол. Когда еще он поест? Если начала делать добро, так надо его делать по полной. Да и уж больно он милый, хочется с ним еще немного побыть. Ух, какая я… смелая и самовольная! А брат с отчимом не знают!

Мысленно усмехаюсь и ставлю на стол сковороду.