Телохранитель для дочери друга

– Ой не знаю… девушки на корабле к беде. А уж беременные… так и вовсе.

Начинаем смеяться. Данька любит свою жену, но мой юмор оценивает.

– Там каюта, а вот тут у меня небольшая кухня.

– Вов, знаешь, что скажу… все-таки надо тебе завести девчонку. Будут тебе и блинчики, и яичница по утрам… и все такое… – намекает, заставляя меня хмыкнуть.

– Я и сам себе хорошо блинчики приготовлю. А что касается девочки, то есть у меня одна на примете. Вчера приблудилась. Не выгонять же!

Вижу, как вытягивается лицо у Даниила.

– Эй! Иди сюда… Котенок! – зову. В углу, где стоят коробки с запасами, происходит странное шевеление. Даниил вздрагивает, а я начинаю откровенно посмеиваться. – Да не бойся. Она еще малышка совсем.

– Вова… ну ты приколист! – понимает, о чем речь, увидев рыжую кошку, выбирающуюся из коробки. – Это не девочка, это животное. Причем домашнее, а не корабельное.

– Разве ты не знаешь, что моряки часто берут с собой питомцев, – почесываю за ухом. Пушистая начинает громко урчать и щуриться от удовольствия.

Киваю за барную стойку. Пора бы и отпраздновать обновочку.

– Знаешь, что перед выходом в море надо о борт разбить бутылку? Говорят, что это традиция.

– Точно! А я думал, на кой черт мне «шампунь» подарили при покупке? Сам знаешь, нормальные мужики предпочитают другое, – подмигиваю и достаю специально подготовленный «пиратский» напиток . – Йо-хо-хо!

– Поддерживаю! Но традиция есть традиция. Пошли, – хватает «шампунь» и зовет меня за собой.

Немного странно поливать яхту игристым. Все-таки я не привык откровенно дурачиться. Но Даня «заражает» меня весельем, поэтому разрешаю себе расслабиться.

Громко напевая какую-то песню о море и обращая на себя внимание немногочисленных гуляющих, он трясет бутылку и на счет раз, два, три… сует ее мне.

– Ну! Давай! Бей!

– Была не была…– Размахнувшись, сношу горлышко о глянцевую поверхность новенькой яхты. Фонтан брызг обливает меня, борт и… какую-то тетку, которая внезапно материализовалась из воздуха.

– Вы что творите, гражданин?!

– Простите, миледи, я угощаю, – стараюсь взять себя в руки, но ее нелепая одежда и мелкие кудерички в сочетании со старушечьей розовой помадой настолько веселят меня, что я продолжаю улыбаться как идиот. Один раз в год можно и повеселиться.

– Вов, – окликает Даня. Он почему-то становится серьезным, хотя сам только что заставлял меня дурачиться.

– Что?

– Убери это.