Ритм наших сердец

– «Дневники вампира»? – ужаснулся Тай, а Мэй тихо рассмеялась. – Она заставляет тебя это смотреть?

На самом деле это Итан заставил меня, но об этом никому не следовало знать.

– Да, извините, ребята, Деймон на первом месте, – сказала я, вставая следом за другом.

– Саммер тоже может пойти с нами в «Спанкс», – предложил Тайсон, глядя на меня широко открытыми глазами.

– Нет, спасибо, Тай. Может быть, в следующий раз, – солгала я и взяла протянутую Итаном руку. – До встречи, – помахала я рукой, и мы покинули компанию.

Шум множества людей походил на постоянную пульсацию в голове, которая начала утихать, только когда мы наконец ушли из столовой. Сделав несколько шагов, я на мгновение остановилась и глубоко вдохнула.

– Эй, Сэм, все в порядке? – прошептал Итан мне на ухо.

Его дыхание щекоткой прошлось по моей коже, послав дрожь по спине. Я непроизвольно отстранилась и одарила друга улыбкой.

– Да, все прошло не так плохо, как я боялась, – заверила я. – Но послушай, если хочешь сходить с остальными в «Спанкс», то иди со спокойной душой.

Я могу…

– О нет, – фыркнул мой лучший друг, потянув меня к выходу, – я не желаю пропустить Деймона из-за Тая и его неуклюжей имитации танцующей газонокосилки.

Рассмеявшись, я переплела свои пальцы с его. Что бы я делала без Итана?

2

– Черт возьми, а Клаус горяч!

Фыркнув, я подняла голову с груди Итана.

– Звучит как-то неправильно, когда ты говоришь нечто подобное.

– Но ведь это правда, – вздохнул он, усмехнувшись.

Попкорн запутался у него в волосах. Не знаю, как он туда попал, но Итан настоящий мастер в том, чтобы оставлять на себе больше еды, чем попадает в рот. Я взяла с его головы соленое зернышко и бросила себе в рот.

– Уже довольно поздно, – зевнул он. – Когда именно твои родители вернутся из штата Мэн?

– В половине девятого, по-моему.

– Утра?

– Утра, – эхом отозвалась я и снова прижалась к его груди.

Итан принялся играть с моими прядями. Обычно я собираю их в тугую косу или пучок, чтобы не мешали играть на пианино.

Однако дома, валяясь на диване, я распускаю их, и это так же приятно, как сбросить узкие туфли. Но чаще всего я делаю это, находясь в одиночестве или, самое большее, с Итаном в качестве свидетеля. После того, как Ксандер нарушил все условности, мне следует беречь мамины нервы. Последние два года я пыталась заполнить пустоту в семье, оставленную моим братом, но снова и снова терпела неудачу.