Фрейя. Ведущая волков

Каждая деталь была исполнена в мельчайших подробностях: по всей поверхности щита серебрилась волчья шерсть, глаза сияли, точно живые, а из приоткрытой пасти выглядывали острые клыки.

Дыхание с шумом вырывалось из груди, а в уголках глаз застыли слезы, когда я кончиками трясущихся пальцев прошлась по всему изображению. Я почувствовала странное грызущее чувство причастности к этому оружию, непонятную энергетическую связь с ним. В этом крылось нечто уникальное – тайна, не готовая пока явиться мне.

Я заставила себя оторвать пальцы от прохладной поверхности и продолжить следовать за ароматами, пока не приблизилась к проему, что вел на кухню.

С низких потолочных балок свисали полоски мяса, тушка кролика, связка рыжих луковиц и пучки сухих душистых трав, от которых распространялись волны запахов, как на цветочном лугу. Половину помещения занимал стол у стены, с лавочками по обе стороны от него. Прямо за ним размещался большой очаг, где кипело какое-то варево, а к большому окну был приставлен длинный разделочный столик, над которым, мурлыкая какую-то песенку, оживленно порхала миниатюрная женщина.

Я тихо кашлянула.

Женщина резко развернулась. Ее доброе открытое лицо, тронутое кое-где морщинами, оказалось очень миловидным. Черные, лоснящиеся волосы с редкой сединой доходили ей до поясницы. В глазах цвета меда горело искреннее участие и мягкость.

– О, милая. Рада видеть тебя в сознании.

Сердце у меня замерло.

Голос. Этот нежный голос из сна, так сильно напомнивший мне маму.

Словно ее душа скрылась в теле этой женщины и теперь призывала меня нырнуть в родные объятия.

Я отвернулась и незаметно зажмурилась.

Она не была моей мамой. Моей матери больше нет.

– Это вы, – едва слышно произнесла я, вновь посмотрев на женщину. – Вы помогли мне справиться с лихорадкой и промыли раны в тот день.

Она с улыбкой кивнула.

– Ты очень сильная, раз смогла вынести это. – В ее глазах промелькнула грусть, и я вдруг подумала, что она имела в виду не только лихорадку.

 – Садись, – она приглашающим жестом указала на скамью. – И, пожалуйста, зови меня Делией.

Я молча протянула ей миску и присела на край.

Делия осмотрела мою одежду. Ее брови поползли вверх, но на лице не было осуждения или недовольства, лишь веселое удивление.

– Хотелось бы мне быть рядом, когда Ник увидит тебя.

Я мгновенно ощетинилась и вздернула подбородок.

– Мы с ним договорились, что я могу ходить в том, что выберу сама.