Кровь богов

Свет лифта рассеивал темноту тоннеля лишь на несколько метров. Я увидела синекожего пикси, бегущего по земле. Существо, ослепленное ярким светом, остановилось на месте и зашипело в мою сторону, клацая своими маленькими и острыми как бритва зубами. Желтые глаза злобно прищурились, а затем пикси снова исчез в темноте. Да уж, моему отцу бы это точно не понравилось. Эти чудовища были хуже, чем любая крысиная чума: своими зубами они могли перекусить даже лифтовой кабель, снова и снова провоцируя ужасные аварии. Для того чтобы держать пикси под контролем, нужно было запастись тонной ядов для борьбы с этими вредителями.

Там, где показывалось одно существо, прятались и тысячи других – на стенах или за ними. Я подозрительно посмотрела на пол, выискивая других смертоносных грызунов, но в коридоре было пусто. Я вышла из лифта. Двери закрылись, забирая с собой остатки света. Что-то загремело. Пол зашатался, отчего меня слегка повело в сторону, и кабина исчезла так же быстро, как и появилась. На секунду я зажмурилась, а затем начала осторожно пробираться вперед. Я так часто была в Даунтауне, что церберы моего отца даже не сопровождали меня, чтобы защитить. Я знала, куда идти. Передо мной простиралась длинная и холодная шахта, с потолка которой все время капало что-то мерзкое. Отовсюду доносились крики мучеников. Пол был мокрым, и каждый мой шаг сопровождался негромким хлюпом. Сложно было не услышать скрежета маленьких когтей пикси. Волосы на моей шее встали дыбом. Если человек боится темноты, плесени, закрытых пространств, странных существ или потери сигнала Wi-Fi, он бы умер здесь тысячу раз. В чем, разумеется, и был смысл. Ад и все такое. Однако тот, кто бывает здесь так же часто, как я, знает, что всего в десяти метрах есть выключатель света. Капли сверху и крики мучеников, эхом раздающиеся в темноте, в теории тоже не были чем-то, чего действительно стоило бояться. Хотя здесь и располагались камеры пыток, использовали их очень редко. Вместо этого здесь находились санитарные помещения для сотрудников. Вода для туалетов откачивалась из Стикса, реки проклятых душ, так что наряду с туалетной водой и прочим содержимым в трубу смывались десятки умерших душ. Их стоны и крики были лишь слабым протестом против того, что на них мочились и смывали в канализацию.

Я снова услышала какой-то шум, а после что-то ущипнуло меня за ногу. Я подпрыгнула чуть ли не на метр в высоту и испуганно взвизгнула. Пикси довольно захихикал.