Зима в Голливуде. Современный американский роман

– А ее друзья, – начал я, – когда, вы думаете, они приедут?

Он перестал убирать со стола и странно посмотрел на меня, а потом переспросил:

– Ее друзья?

В тот момент мне пришло в голову, что это и была та часть нашей беседы, которую, как она надеялась, Пэмбли не услышит. Она, наверное, уже сказала ему, что я могу остаться в доме, и он просто не был уверен, что я принял ее приглашение. Но теперь, похоже, я открыл сундук Пандоры.

Я пытался успокоить его и быстро сказал:

– Она просто упомянула о приезде каких-то друзей – не тех, что с киностудии…

Он с сердитым видом ставил посуду на поднос и ворчал себе под нос:

– Эта шайка бомжей… – потом, сообразив, что я слышал его слова, сделал большие глаза и начал оправдываться: – Простите меня, мастер Уэст, я не хотел…

– Так вам не нравятся эти друзья? – я хихикнул.

Он взорвался:

– Друзья?! Вряд ли я назвал бы этот сброд друзьями, мастер Уэст, и постарался бы поскорее сделать так, чтобы не видеть их никогда. Она знает, что я думаю о них, вот почему пока ничего мне не сказала.

Она хотела сделать так, чтобы это стало неожиданностью для меня, и делала вид, будто не знала, что они собираются приехать.

– Но прием не для этих друзей, – пояснил я.

Он скосил глаза и ответил:

– Конечно, нет. Но это не означает, что до этого они не устроят здесь настоящий бардак.

– А кто эти друзья? – спросил я. – Откуда они? Что ее связывает с ними?

Но получалось так, что я просил его выдать свою хозяйку.

Он просто посмотрел на меня и, прежде, чем унести поднос, ответил:

– Когда они приедут, вы сможете составить о них собственное мнение.

Я пошел в гараж, где все уже было открыто и готово к моему выезду. Я видел, что на подъездной дорожке стоит какая-то машина, и группа женщин выгружает из нее швабры, тряпки и все, что нужно для уборки. Выезжая по дорожке, я несколько раз громко просигналил, прося их подвинуться, чтобы не наехать на их принадлежности. Они посмотрели на меня и помахали руками в ответ, но в заднее зеркало я увидел, что они укоризненно качают головами, реагируя на мои настойчивые сигналы.

Останавливаться и извиняться было слишком поздно, и мне еще нужно было заскочить в пансион.

Миссис Кастелло проявила понимание и даже пригласила меня заезжать и перекусывать «за счет заведения» каждый раз, когда я буду поблизости. Какое-то время назад она пыталась свести меня со своей внучкой, которая при мне дважды побывала у нее.