Черный ворон, рыжая ворона

Как гласили советы по самообороне, надо обязательно постараться вступить в контакт с насильником и вразумить его, приводя неоспоримые доводы, ни в коем случае нельзя истерить и провоцировать нападающего на еще большую агрессию. Можно еще сделать что-нибудь из ряда вон выходящее, что будет идти в разрез с обычным поведением жертвы. Например, у одной из женщин подвергшихся нападению, внезапно ослаб кишечник и она, мягко говоря, обделалась рядом с насильником, так после этого он прекратил нападать и вовсе ее отпустил.

Мне же, как назло, совершенно не хотелось оправлять естественные потребности.

И я почему-то вдруг поняла, что даже если со мной случится что-то подобное, то насильника это не остановит, слишком алчным был взгляд у мужчины. Он с явным удовольствием разглядывал меня, словно бабочку, приколотую к планшетке.

– Будешь. Обязательно. От удовольствия, – усмехаясь непонятно чему, произнес мужчина, проведя большим пальцем по моим губам. Внезапная ласка, идущая вразрез с недавними действиями, вызвала необычные ощущения, о существовании которых я уже и забыла.

Сладостная дрожь, зародившаяся в ничего подобного не ожидающих губах, пронеслась сквозь меня, заставив болезненно сжаться соски. Это было настолько неожиданно, насколько необычно. Внезапно проснувшееся тело вспомнило, что у него давно не было мужчины. Вот совсем мне было. А губы у меня всегда были эрогенной зоной. Потому-то я и целоваться любила. Давно. В прошлой жизни.

– Не буду. Ни за что, – назло себе мотнула головой, замерев с каким-то болезненным ожиданием, а повторит или нет незнакомец случившуюся ласку.

Умом я понимала, что надо либо кричать, либо уговаривать, но обязательно сопротивляться. Ведь, по сути, все происходящее перешло не в секс по согласию, а в насилие. Однако мимолетно полученная ласка, заставила проснуться давно уснувшее либидо, о существовании которого я и думать забыла. Глядя на мужчину, я не испытывала никакого сексуального влечения, скорее легкую брезгливость, в случае с незнакомцем такое тоже было, но внезапно все изменилось.

– А я бы на твоем месте не был так уверен, – усмехнулся мужчина и вновь повторил жест. Острое наслаждение, усиленное ожиданием, заставило заснувшие когда-то гормоны внезапно проснуться и взбунтоваться.

Вот потому-то я не хотела целоваться с незнакомцем, чтобы по неосторожности не заставить себя желать того, от чего отказалась, думая, что делаю это навсегда. Впрочем, это так бы и было, не потребуй мое здоровье внешнего вмешательства.