Черный ворон, рыжая ворона

Но все не прошло, а стало только хуже. Вторая личность в Алексее все чаще и чаще проявлялась, подчиняя под себя основную. Алешка сдавал позиции Алексу.

Со временем я четко могла видеть, кто из личностей присутствовал в моем муже: Алешка или Алекс. У них даже поведение разнилось, но лишь одно было общим, это любовь ко мне. Теплая, милая, всепрощающая со стороны Алешки и агрессивная, болезненная, все контролирующая со стороны Алекса.

А я?

Я любила Алексея таким, каким он был, с его двойственностью и перепадами настроения.

Вначале мне даже немного нравилось, что муж может быть разным то тихим и добрым, то шумным и деспотичным. Но потом я все больше стала опасаться второй натуры Алексея, она начала меня частенько пугать. Но при этом я все равно не переставала любить мужа.

– Безумно, – вырвалось у меня в ответ.

– Я так скучал. Ты даже не представляешь, как я скучал, крошка, – в следующий момент в глазах Карла появилось выражение, свойственное лишь Алексу. Впрочем, я уже не сомневалась, кто со мной говорит.

 – Я никак не могу забыть твой запах и твой вкус. Крошка, ты знаешь какая ты на вкус? Сладкая, – по позвоночнику пронесся ледяной вихрь.

Мужчина склонился надо мной и лизнул щеку. Жадно. Протяжно. Я как будто вернулась в прошлое на несколько лет назад.

– Щекотно, – поежилась, вспоминая, чем обычно заканчивались подобного рода ласки.

– Смирно лежи. Столько лет не виделись и вдруг ей щекотно, – повысил голос Алекс.

Теперь я даже не сомневалась в том, что каким-то образом рядом оказался мой бывший муж.

Алекс терпеть не мог, когда все делалось не так, как хочет он. От неповиновения его желаниям он буквально выходил из себя.

Хотя куда уже больше?

– Алекс, ты же знаешь, что я этого не люблю, – попыталась спокойно объяснить свое недовольство. Все же долгие годы самостоятельного проживания притупили чувство опасности. А зря.

Хлесткий удар по лицу вернул меня назад в прошлое. Голова мотнулась в сторону.

Было безумно обидно и больно. Ведь я уже отвыкла от подобного обращения.

Думала, что оно никогда не повторится. Как же я ошибалась. Наивная дура.

– За что? – слезы брызнули из глаз, так же, как когда-то давно.

– Крошка, прости, прости, прости. Я не хотел. Это все ты. Зачем ты меня провоцируешь? Зачем? Ты же знаешь, что этого не надо делать, – мужчина склонился надо мной, чуть ли не упираясь носом в нос. – Сколько я раз тебе говорил «не надо так делать»? А ты все равно все делала по-своему. И вот результат.