Черный ворон, рыжая ворона

Да когда же он кончит?

Сил лежать без движения, пытаясь расслабить тело, тогда когда оно напряжено, словно натянутая струна, уже практически не оставалось.

– Да сколько можно надо мной издеваться? – крик сорвался до того, как я успела осознать, что творю.

В тут же секунду мужская ладонь с силой сжала мое горло, да так сильно, что я стала задыхаться. Алекс всегда был быстр на расправу, если что не по его. Перед глазами начал меркнуть свет. Хрипы застревали где-то глубоко внутри, не находя выхода.

Я забилась в конвульсиях, слыша сквозь пелену ускользающего сознания отборную брань, обращенную в мой адрес, вот только ответить не могла.

И, когда я уже практически отключалась, хватка мужчины внезапно ослабла. Мою шею отпустили так же резко, как и сдавили, а, кроме того, я почувствовала, что и руки оказались на свободе.

Глухой мужской стон, словно крик раненого животного, вспорол пространство комнаты, затерявшись в мягком ковре на полу.

– Ивашка, что он с тобой сделал? – крик-боль, сквозивший в каждом слове, выдернул меня из блаженного полузабытья, заставил очнуться и разобраться в происходящем вокруг.

У меня как будто сняли пелену с глаз, разом очистив сознание.

Я распахнула глаза и в немом изумлении уставилась с черные омуты боли, с состраданием смотревших на меня.

– Ивашка, ты слышишь меня? – надо мной нависал все тот же мужчина, с которым я встретилась в баре несколько недель назад, вот только что-то неуловимое в знакомом облике буквально кричало, что внутри него уже совсем не Алекс.

С облегчением вздохнула.

Похоже, что я что-то упустила в процессе своей отключки.

Ивашка, так звал меня Лешка, когда болезнь еще не расщепила сознание мужа. Лешка, которого я любила больше жизни, с которым мечтала встретить свою старость, от которого хотела иметь детей. Лешка, с кем не удалось создать такую семью, которая виделась перед глазами в день свадьбы.

– Лешенька, это ты? – одними губами спросила у мужчины, надеясь, что он меня поймет.

– Да, моя красавица. Это я. Как же я мечтал все эти годы увидеть тебя, обнять, приласкать, – услышала горячечный шепот, сказанный с огромной любовью.

Судя по всему, не только у меня сдавило горло. Вот только мужчине слова давались с трудом от избытка чувств, а не от внешнего силового воздействия.

Я почувствовала, как мою ладошку сжали, а в следующий миг поднесли к губам и начали судорожно целовать.