Я (не) хочу

И почти угадала. В комнате, давно не знавшей ремонта имелось пара старых кресел, небольшой стол. На окне красовался горшок с засохшим цветком. На полу валялись старые газеты.

– Что мы будет здесь делать? Неужели жить? – меня начал душить смех, который застрял в горле, когда одна из стен начала отползать в сторону.

А за нею зиял темнотой провал.

– Нам туда, – скомандовал Тимофей.

И первым шагнул в темноту.

– Осторожно. Там ступеньки, – предупредил меня ниндзя, стоящий за спиной.

– Спасибо, что сказали, – вкладывая в ответ всю язвительность, на которую была способна.

Внизу загорелся свет.

И комнаты квартиры на первом этаже вниз под землю вел лаз. В который пришлось спускаться по железной лестнице.

Долго. Нудно. И опасно.

Как только мы втроем оказались внутри подземного хода, стена квартиры вернулась на место.

– Мы идем в гости к черепашкам-ниндзя? – спросила у мужчин, не забывая перебирать руками и ногами.

– Крысы там тоже водятся, – было мне ответом.

– Ты боишься крыс? – в темноте блестели бусинки глаз, следящих за чужаками посмевшими нарушить их уединение.

– Вот еще. Они милые и ласковые. Я бы с удовольствием завела себе одну.

– Белую?

– Нет. Зачем мне белая? Обычную серую. Я бы ей имя дала. Марфуша. И обязательно звала Марфушенька-душенька. Кормила ее печеньками и носила на плече вместо манто.

Спуск в преисподнюю прошел в милой болтовне о зверьках, которых обычно никто не любит. Но только не я.

О крысе давно мечтала. Даже просила маму подарить на день рождения, вместо огромной куклы с меня ростом.

Мама, услышав о столь необычном желании, тут же потянула дочь к детскому психологу. Переживала, что у меня не все в порядке с головой. А мне просто нравились эти зверьки. Одни из самых умных в живой природе.

Не знаю почему имя «крыса» стало нарицательным. По мне так люди больше заслуживают именоваться крысами, чем эти замечательные зверьки.

Спуск закончился. Мы оказались в подземном коридоре.

Тихо радовалась, что не страдаю клаустрофобией.

Послышался гул.

– Подожди, – остановил меня Булат. Он, наконец, поднял балаклаву. И оказался симпатичным мужчиной со светлыми волосами. Которые хорошо виднелись в темноте.

Он нажал несколько кнопок на каком-то допотопном бабушкофоне.

Неужели такими кто-то до сих пор пользуется?

– Приготовились. Скоро прибудет наш транспорт.