Не надо меня обижать

Я мечтала закончить школу, отучиться в колледже и пойти работать в детский сад.

Он же всячески пытался со мной подружиться то в кафе поведет, то на детскую площадку, то в кинотеатр. Игрушки дарил. Постоянно. Мать прямо таки ревновала меня к Иси, стараясь сделать так, чтобы он меньше уделял мне внимания, а больше ей.

Это я сейчас понимаю почему она всячески меня шпыняла и наказывала за малую провинность, лишая то похода в кино, то сладкого. А тогда я могла только забиться в свою комнату и плакать, он несправедливости мира.

– Ирма, ты меня слышишь? Ты приедешь или нет? – голос Алисы вырвал меня из невеселых воспоминаний.

Мне хотелось помотать Алисе нервы, заявив, что я подумаю. Но тут была совсем другая ситуация. Ава в больнице, значит, случилось что-то серьезное. А если учесть, что Алиса вспомнила мой номер и позвонила, то произошло на самом деле что-то из ряда вон выходящее.

– Приеду.

– Когда? – требовательно спросила женщина.

Этот ее безапелляционный тон меня бесил до глубины души, вот просто выворачивал наизнанку.

– Закончу свои дела и приеду, – не стала называть конкретное время.

– Ирма, какой ты была черствой, такой и осталась. Твоя сестра лежит под капельницей, обвитая проводами, а ты не можешь бросить свою никчемную работу. Какая же ты неблагодарная. Сколько я в тебя вложила? И как ты мне ответила? – принялась причитать Алиса.

Из всего монолога я вычленила одно, отбросив остальное, Ава в больнице и ей очень плохо. Случилось что-то страшное.

Этого мне было достаточно. Больше говорить с матерью у меня не было сил и желания. А уж тем более слушать ее нотации, которые с каждым разом обрастали какими-то бредовыми претензиями ко мне. Я не считала необходимым оправдываться перед Алисой, а тем более пытаться изменить ее мнение о себе. Для меня, как мать, она умерла давно. Теперь я воспринимала женщину, как совершенно постороннего человека. Для нее в моем сердце не было даже самого малюсенького уголка. Она сама его вытравила кислотой нелюбви и желчью недоверия.

– Я приеду, – и положила трубку.

Мои руки тряслись. Все же я несколько переоценила свои душевные силы. Бесследно ничего не проходит. Разговор с Алисой выбил меня из колеи, а известия об Аве заставили волноваться.

Телефон опять зазвонил. Я не сомневалась кто меня вновь беспокоил.

Ну, уж нет. Больше сегодня я не готова слышать голос Алисы. Главное я поняла. Аве требуется моя помощь. И она ее получит.