Максимальное удовольствие

Мне хотелось, чтобы исчезли все окружающие люди, и мы с Лауренцо остались одни. Жар внутри тела нарастал с неимоверной скоростью и у меня было дикое желание его затушишь одним известным с древних времен способом.

Журналисты делали свое дело, беря интервью у Пруди, интересуясь что он чувствовал во время гонки, как понял, что до победы остались считанные метры и ощутил ли эйфорию, когда победил. Мужчина отвечал добродушно и открыто, делясь своей радостью с окружающими. Я любовалась им со стороны, чувствуя некую сопричастность.

Возможно и мое желание чтобы он победил сыграло решающую роль на чаше весов госпожи удачи.

А когда у Пруди спросили кому посвящается его очередная победа, то он ответил – Иларии, тепло взглянув на меня. Удивленными оказались не только журналисты, но и я.

– А как же Кьяра? – раздался вопрос со стороны.

Это длинноносая блондинка, репортер одного из каналов земного головидения решила узнать подробности личной жизни победителя

– А Кьяра выбрала более успешного и удачливого мужчину … в отличие от меня, – весело и задорно улыбнулся Лауренцо.

От его слов я несколько напряглась, в то же время прекрасно понимая, что такой человек как Лауренцо вряд ли был свободен до того, как он встретился на моем пути. А потом я вспомнила, что все равно с ним ненадолго, так что надо брать от жизни то, что само плывет мне в руки. И не всегда это что-то плохое.

Лауренцо обеспокоенно взглянул на меня, почувствовав реакцию тела, но я глазами показала, что со мной все в порядке и не стоит переживать по пустякам.

Затем пресс-конференция была прервана зазвучавшем тушем в честь победителя, которого пригласили на пьедестал почета. Люди ликовали, радуясь победе. Лишь родственники и близкие друзья пострадавших на дроме и находившихся на грани жизни и смерти не были столь счастливы. Я бы на их месте тоже переживала.

До конца праздника в честь победителя Лауренцо меня не отпускал от себя, все время держа либо за руку, либо обнимая за талию. А, кроме того, он периодически целовал меня то в щеку, то в ухо, а то и в губы.

Мимолетно и обещающе. Я радовалась словно ребенок, купаясь в лучах чужой славы. Я же не была виновата, меня заставляли это делать. Все же к подобному вниманию я не привыкла.

Лишь к позднему вечеру дром стал потихоньку пустеть. С трибун потянулись вереницы уходящих болельщиков. Трек замирал. Отмечание праздника жизни подошло к концу. Я с облегчением вздохнула, надеясь в скором времени добраться до гостиницы.